Однако жизнь постепенно начинала приходить в норму, горе не стояло на пороге. Когда они переехали в Ричмонд, Генрих распорядился устроить маскарад, и Елизавета заплатила меднику за блестки, звезды и наконечники для шнурков из серебра и золота, чтобы украсить костюмы участников забавы. Кроме того, она снабдила накидками из подкладочного шелка сарсенета в цветах Тюдоров – белом и зеленом – королевских менестрелей и трубачей. Сесилия помогала с приготовлениями, и Елизавета подумала, что ее сестра выглядит в последнее время гораздо более счастливой, хотя и была слишком погружена в свои заботы, чтобы задаться вопросом, с чего бы это? Представление слегка отвлекло ее от печальных дум, но пережитое горе всегда оставалось с ней. Елизавета могла аплодировать танцорам, но внутри умирала. Почувствует ли она когда-нибудь себя снова живой?

В середине июня Елизавета находилась в Виндзоре и раздавала деньги своим грумам и пажам за то, что они жгли традиционные костры накануне Дня святого Иоанна. Она пыталась найти утешение в детях, которые оставались у нее, хотя один вид их милых лиц напоминал ей о пережитых утратах. Она растила Артура так же, как остальных, и ради чего? В начале июля, решительно подавив такие мысли, Елизавета взяла детей на банкет, устроенный в парке. Пока Гарри, Маргарет и Мария носились по траве, она говорила себе, что Артур прожил свою жизнь не напрасно.

Но затем к ней подошел Генрих и разогнал своих отпрысков и дам Елизаветы. При виде разгневанного лица короля Елизавета с трудом поднялась на ноги, забыв сделать реверанс:

– Милорд! Что случилось?

– Ваша сестра Сесилия! Она тайно вышла замуж за какого-то ничтожного проходимца, не спросив моего разрешения, которого я бы не дал, если бы она оказала мне такую любезность.

От шока Елизавета не могла пошелохнуться:

– Нет! Что на нее нашло, чтобы делать такие вещи? И кто ее муж?

– Никто, его не знаю ни я, ни вы! Некий Кайм, одни говорят, он родом из Линкольншира, другие – что с острова Уайт. Ей-богу, как принцесса крови, она должна знать, что не имеет права вступать в брак без моего дозволения, тем более умалять родство с королем, бросаясь в объятия простого эсквайра! Она за это поплатится.

– Нет! – воскликнула Елизавета, и слезы полились у нее из глаз, когда она осознала, в какой ужасной ситуации оказалась Сесилия. – Что бы она ни сделала, Сесилия – моя сестра и я люблю ее. Прошу вас, не будьте с ней слишком суровы!

– Бесси, ее брак в моих руках. Я мог бы устроить ее помолвку с каким-нибудь влиятельным принцем и заключить выгодный союз для себя, для Англии! Или выдал бы ее за знатного лорда, чтобы обеспечить его лояльность и вознаградить. Неужели мне нужно объяснять это вам? Сестра или не сестра, она совершила тяжкий проступок. Я запрещаю ей находиться при дворе и конфискую земли, которые ей оставил лорд Уэллес. Будьте благодарны, что я не упрятал ее в Тауэр!