Июльское солнце палило вовсю, когда Елизавета и Екатерина с небольшой свитой покинули Виндзор и направились в Вудсток. Обе они немного всплакнули при расставании с детьми, но рассчитывали вернуться к ним с новыми силами. В Датчете они сели на паром, который перевез их через Темзу, а потом поехали на север, в аббатство Нотли, где остановились на ночлег в роскошном доме настоятеля. У Елизаветы было тяжело на сердце, тем не менее физически она чувствовала себя хорошо, разве что легкая тошнота донимала ее по утрам. Она рассчитывала, что перемена обстановки поднимет ей настроение. Но надежды на это были перечеркнуты, когда на следующий день их догнал гонец с письмом из Хаверинга, где на попечении леди Коттон находились дети Екатерины.

– Эдуард умер! – вскричала Екатерина и выронила письмо. – Боже правый, как я вынесу это?

Обняв сестру, Елизавета дала ей выплакаться и сама тоже лила слезы. Кому и знать, как не ей, что переживала Екатерина. Неужели еще не достаточно трагедий? Маленькому Эдуарду было всего пять лет.

Елизавета подняла письмо и прочла его. Леди Коттон сообщала, что летняя лихорадка унесла мальчика невероятно быстро.

– Я должна поехать в Хаверинг, – всхлипывая, проговорила Екатерина. – Мне нужно увидеть моего малыша еще раз, прежде чем его похоронят. Вы меня не сопровождайте, болезнь может быть заразной, а вам нужно думать о ребенке.

Елизавета посчитала это разумным:

– Вы уверены, что с вами все будет в порядке?

– У меня есть мои дамы, они меня утешат. Не переживайте.

Елизавета вернулась к письму:

– Леди Коттон спрашивает: где вам будет угодно, чтобы Эдуарда похоронили? Моя дорогая, я сегодня же напишу аббату Вестминстера и поручу ему найти место в аббатстве. О цене не беспокойтесь, расходы я возьму на себя. Вот, это деньги на подарки няне и колыбельной няньке Эдуарда. – Она достала кошелек.

В тот же день Екатерина уехала, аббат дал ей носилки, и дальше в Вудсток Елизавета отправилась одна. Там королеве стало нездоровиться. Плохое самочувствие – результат потрясения от известия о смерти племянника, которое добавилось ко всему прочему, так сказала себе Елизавета, однако состояние ее было настолько плохим, что пришлось лечь в постель и вспомнить весну, когда она испытывала такие же симптомы. Теперь ей хотелось, чтобы Генрих был рядом, но идти на попятный и заглаживать возникший между ними разлад было еще слишком рано; чувства ее по отношению к супругу оставались весьма противоречивыми. Ох, но она так измучилась, голова болела, а сердце билось тяжело и неровно. Когда Елизавета вставала, чтобы воспользоваться уборной, у нее начиналось головокружение и она не могла дышать. Что происходит?