Володя не сомневался ни секунды. Конечно, это Найденов! Пропустив старика вперед, он прикидывал, где бы поместиться. И, осторожно косясь на идущего впереди, задержался в левом нефе у статуи Людовика Святого в золотой короне со скипетром и державой в руках.

Степан Матвеевич степенно, но, не останавливаясь нигде, двигался к алтарю. Он только перекрестился у входа, потом еще раз у витража Святого Иосифа и привычно опустился на скамью в третьем ряду справа. По сторонам Найденов не смотрел. Ни с кем, не здороваясь и не обменявшись ни единым словом, он ждал начала мессы, раскрыв красный маленький молитвенник.

Расторгуев разволновался и решил, что следует сначала подумать. Он уселся, не теряя полковника из виду, и принялся прикидывать варианты.

Решено! Он посидит минут десять и выйдет. Фотографии нужно сделать, когда «клиент» будет уходить. Здесь лучше не рисковать. И ребят убрать немедленно. Как бы они по неопытности от излишнего рвения ни навредили. Это репетиция. Завтра они все сделают начисто. И с Синицей тоже. Надо срочно доложить и решить, как быть дальше. А сейчас он подождет, потом пройдется около церковных стен, словно любопытный турист, поставит свечку перед образом, полюбуется на… да вот хоть бы на изображение Жанны д Арк или Девы Марии Лурдской. Полюбуется и исчезнет…

Старик слушал, пел со всеми, вставал и садился, листал свой молитвенник, повторял усердно слова молитв. И Расторгуев, углубившись в свои мысли и наблюдения, не сразу осознал, что же это за слова. Что за звуки он слышит? Что журчит, уносится под светлые высокие своды и сплетается в хоралах с янтарным тоном органа?

А сообразив, он выполнил все намеченные хитрые ходы, ускользнул из храма и, сняв своих наблюдателей, понесся, не теряя времени, прямо в «Ирбис».

– Виктория, Петрус! Мы его нашли, – радостно сообщил он изнывавшему от нетерпения Синице.– Сейчас я тебе на дисплее фотографии покажу. Сплетем паутину, и вперед. Пусть Майский крестится, а мы зайдем с другой стороны. Старик, судя по всему, уверовал чертовски серьезно. Я думаю, он и завтра явится. Однако, любопытная закавыка в деле появилась. Вот послушай. Олег последнее время ни одной русской службы не пропускал и – ничего! Сегодня тоже, как обычно, пришел. А мы мелкоячеистой сетью тут же Найденова накрыли. Почему бы? Ты знаешь, на какой мессе он появился?

– Верно, по закону подлости, на последней, – предположил Синица и попал пальцем в небо.

– Нет, милый, не угадал. Так вот, если наша Темочкина права, и он в церковь ходит как на работу, то у меня есть одна идея, отчего Олег его до сих пор не встретил.