Макни использует этот дневник в качестве исходной точки, чтобы задаться вопросом: смогут ли мужчины когда-нибудь понять, чего от них хотят женщины, и есть ли надежда выполнить эти желания? Сунув нос в ее воспаленные подростковые фантазии о другом мужчине, Макни сознает свою собственную несостоятельность в качестве его преемника. Вам предстоит смеяться, и плакать, и морщиться, заглядывая в замочную скважину.
Я прерываю чтение. У меня липкие от пота ладони. Читаю дальше. Перечитываю. Читаю еще четыре раза и принимаюсь расхаживать по комнате, громко произнося: «Ты законченный УБЛЮДОК». Затем мчусь вверх по лестнице и роюсь в ящике комода под одеждой, проверяя. Он там. По-прежнему там. Я вынимаю его и листаю страницы, и сердце гулко колотится. Прижав его к груди, рыдаю. Ну просто сцена из мыльной оперы. Мои слова, отнятые у меня.
Трясущимися руками я листаю страницы. Это было бы тяжело читать в любое время, но после откровенного объяснения с Лукасом это мучительно. Словно сдираешь бинт и суешь кончики пальцев в незажившую рану.
…Я полностью теряю счет времени, когда мы Делаем Это: прошло три часа, а все воспоминания только о том, что я думала, где его левая рука. Вернулась домой с таким чувством, будто все смогут понять по моему лицу, чем я занималась полдня. Скверный чай, ненавистное баранье жаркое с жиринками. Умер Джордж Бест[93], и папа расстроен. Мама сказала: «Этого следовало ожидать при его образе жизни», а папа сказал: «Мистер Бест, когда же все пошло не так?» Они были в том настроении, когда ссорятся как-то странно, и мы с Эстер не можем понять…
…Я полностью теряю счет времени, когда мы Делаем Это: прошло три часа, а все воспоминания только о том, что я думала, где его левая рука. Вернулась домой с таким чувством, будто все смогут понять по моему лицу, чем я занималась полдня. Скверный чай, ненавистное баранье жаркое с жиринками. Умер Джордж Бест
[93]
, и папа расстроен. Мама сказала: «Этого следовало ожидать при его образе жизни», а папа сказал: «Мистер Бест, когда же все пошло не так?» Они были в том настроении, когда ссорятся как-то странно, и мы с Эстер не можем понять…
…Убедила маму, что мне нужны новые бюстгальтеры и трусики, и мы пошли в «Маркс энд Спаркс»[94], а потом она попыталась ПОБЕСЕДОВАТЬ со мной о том, как обеспечить безопасность после ТОГО САМОГО с мальчиками. Я сказала: «У меня нет бойфренда», что вполне удовлетворило бы папу – вероятно, потому, что ему и думать об этом не хочется. Но мама только подняла бровь и сказала: «Он не обязательно твой бойфренд». Я знала, что будет дальше: какой-нибудь свод правил 1950-х на предмет «не будь распущенной». Да, именно так и было: «Джорджина, запомни: милые мальчики хотят встречаться с милыми девочками»…