– Здесь так пусто, – оглядываю голые стены.

Не совсем, конечно, голые. Но мебели здесь нет, как и мало-мальских следов проживания. Будто дом не жилой.

Но кухня радует. Она оборудована по последнему слову техники и именно так, как я представляла, думая о доме Вовы: хром, камень и стекло. Огромная плазма во всю стену, черный с серебром кухонный гарнитур, кожаные диваны вокруг огромного стеклянного стола. На стенах вместо обоев – грубая кирпичная кладка.

– Я пока обжил только одну комнату и вот, кухню, – поясняет Вова, жестом показывая, чтобы я села.

А сам идет к кофемашине.

Я сажусь на краешек кресла.

Тут все такое дорогое… боюсь ненароком что-то сломать.

– Кофе? – Вова смотрит на меня.

– С молоком, если есть.

Через несколько минут он возвращается с чашками и садится напротив меня.

Мне хочется спрятаться от его голодного взгляда. Неловко бормочу слова благодарности и нервно отхлебываю горячую жидкость. Потом выдыхаю.

Так, надо взять себя в руки.

Ничего не случилось.

Просто я у Вовы в гостях.

Мы тут вдвоем. Один на один в этом огромном и пустом доме…

Дыши, Катя, дыши.

Но как оставаться спокойной, если он взял мою руку и гладит, не отпуская? А смотрит так, будто собирается сорвать с меня одежду и разложить на этом столе?

От его горячего, будоражащего взгляда, у меня внутри все сладко сжимается. Но я не собираюсь сдаваться. Мы еще не договорили!

– Ну, – стараюсь, чтобы голос не дрогнул, – рассказывай.

Ео пальцы на моей руке ревниво сжимаются, будто Вова боится, что я сейчас уйду. Но я ведь не собираюсь никуда уходить. Всего лишь хочу узнать правду.