– Это было просто, – отвечает он на немой вопрос, – день рождения твоей дочери.

– Пф!!! – бью его кулачком по плечу. – Ты подсмотрел!

А плечо у него словно камень. Трясу пострадавшей рукой.

Вова чуть сжимает мои пальцы, подносит к губам и целует.

И все. Вся злость, весь страх, все тревоги улетучиваются без следа. Он рядом. Что еще нужно для счастья?

– Больше никуда из дома не выйдешь, – выдыхает Вова, зарываясь губами мне в макушку.

Потом подхватывает меня на руки и быстрым шагом направляется к машине.

Я закатываю глаза.

– Что, вообще?

– Одна. Приставлю к тебе охрану.

– А что ты вообще здесь делаешь? – игнорирую его угрозу.

– Приехал к тебе, – хмурится он. – Мы в прошлый раз не договорили.

Сердце сладко ёкает в груди. Он ко мне приехал!

Ох, если б не Вова, то кто его знает, что сделал бы со мной этот Борис!

Один из охранников открывает перед заднюю дверь иномарки. Вова сгружает меня в теплый салон и одним слитным движением оказывается рядом. Обводит нечитаемым взглядом мое лицо, задерживаясь на губах. Тянется к ним. Поцелуй жесткий и в то же самое время ласкающий. Вова стискивает меня в объятьях, бережно прижимая к крепкому телу.

– Так, а теперь рассказывай, что это за гаврик, – говорит, скользя большим пальцем по моим припухшим губам.

И дает отмашку водителю. Машина плавно выруливает с обочины и вливается в общий поток.

– Какой? – я невольно облизываюсь.

Дыхание сбитое, сердце и вовсе бьется, как сумасшедшее.

Взгляд Вовы опасно темнеет.