Молчу, переваривая. А я-то считала, что они найдут меня хоть в заднице дьявола, но только не здесь.

– Ты можешь больше не боятся Дрона.

Я встаю на пень и выглядываю над забором.

– Я правильно поняла?

– Да.

– Респект. Зачем приехал?

– Глупый вопрос. Поговорить. С женой.

Слышу сзади шаги. Геля не усидела. Алекс меняется в лице и с отчаянием переводит взгляд с дула на жену.

– Заходи, – разрешаю я.

* * *

Алекс сидит в кресле и рассматривает Гуся. По выбритым щекам текут слёзы. Я разогреваю гостю картошку с котлетами, а Геля качает на руках Медвежонка. Иван остаётся на чердаке. Катя с Фатимой, думаю, ушли на наши матрасы на речку.

Алекс касается губами крошечного кулачка Гуся.

– Какой пацанёнок… Мой малыш, – шепчет Алекс.

Мои слёзы капают прямо в сковородку, и я отодвигаю её дальше на печку. Сейчас мне жалко их всех четверых. Порой кажется, что я совершила огромную глупость. Тысячу раз уже поклялась не влезать больше ни в чью жизнь.

– Геля, – украдкой вытираю лицо, – положи Алексу сама. Я пойду прилягу.

В соседней комнате седлаю стул и слушаю разговоры, гипнотизируя пистолет. Не верю до конца Алексу и потому положила ствол рядом на тумбочку.

Через полчаса супружеских объяснений супругов становится тошно. Радует одно: Геля не сдаётся и стоит на своём.

– Помнишь, я обещал найти твою маму? —тяжело вздыхает Алекс.

Похоже, в ход пошла вся королевская рать.

– Ирина тяжело больна и потеряла память…