Но Роэн просто взял ее за руку и повел к танцующим.

Тори бегло посмотрела на герцога. Взгляд его черных глаз был слишком пристальным, слишком обжигающим и в то же время опасным.

На самом деле, Тори никому не обещала этот танец. Она оставила его для Дэймона. Но его место занял Роэн.

Мужчина притянул ее к себе так же близко, как и до этого танцевал с ней Дэймон.

Роэн был немного выше Ханта ростом и таким же широкоплечим и красивым.

— Тори, пожалуйста, скажи, что я не опоздал.

Виктория задрожала.

Что ему сказать? Что? Я сама не понимаю, где правда, а где игра?

— Ты опоздал, когда женился, Роэн, — в глазах, похожих на два сапфира, появились слезы.

— Виктория…

Девушка почувствовала, как мужские пальцы легонько погладили ее спину.

— Я был зол. Прости. Это стало моей ошибкой и моей болью.

— Зол? За то, что я уехала?

— Все намного сложнее, Тори! Прошу, дай мне поговорить с тобой. Нас обманули.

Девушка задрожала, как осиновый лист. Ее душа разрывалась. Тори не понимала, что творится у нее внутри, и что чувствует к Роэну.

Она-то думала, что все уже прошло, что ее сердце остыло… Так почему же ее душа готова кричать от боли? Почему сейчас? Потому что когда его место в сердце занял другой, он вернулся? Или оттого, что другому ее сердце не нужно?

Вальс закончился.

— Не хочешь прогуляться?

Тори оглянулась. Герцог направлялся к другой двери в компании Джины. Горькая усмешка появилась на ее губах.

Ему все равно. У него есть его любовницы.

Она повернулась к Роэну и едва заметно кивнула.

Мужчина предложил ей руку, и пара направилась к двери, ведущей в сад.

Дэймон устал от женщин. Он сам не понимал, отчего он так раздражен. От того, что, танцуя с ними, не видел желанных сапфировых глаз? Не чувствовал едва уловимого запаха розы? Несколько раз ему откровенно предлагали любовные утехи, но он лишь отшучивался.

Он хотел Тори. Именно сейчас. Ее и только ее.

Целый вечер герцог держался от девушки подальше, лишь издалека наблюдая, как она танцует с кавалерами.

Трус. Хант, ты жалкий трус. Ты просто не хочешь отвечать на ее вопросы. Боишься, что она увидит, кто ты такой.

Но к концу вечера он не выдержал.

Когда заиграли вальс, Дэймон направился к ней, в надежде опять оказаться рядом. Почувствовать тепло ее тела.

Увидев, что Виктория разговаривает с высоким блондином, брови его сошлись на переносице.

Ему было наплевать, кому Тори обещала этот танец.

Вальс ты будешь танцевать только со мной.

Но все пошло совсем не так.

Незнакомец увел Тори у него прямо из-под носа. И герцог уже сделал шаг, чтобы прервать их танец, нарушив все приличия и забрав себе партнершу, но в его планы вмешалась Джина.

— Дэй, потанцуй со мной, — Девушка стояла перед ним. Красивая и грустная.

Он вновь посмотрел на Викторию и ее партнера.

А потом взял девушку за руку и закружил в танце.

— Нам надо поговорить, — тихо произнесла Джина.

— О чем?

— Я скучаю по тебе.

Герцог промолчал, но его лицо, казалось, было высеченным из камня. Он взглянул на Джину и поморщился.

Не она. Не та.

— Я люблю тебя, Дэй.

Дэймон тяжело вздохнул.

Этого еще не хватало!

— Ты права, нам действительно надо поговорить, — холодно произнес он, смотря на то, как другой мужчина кружит Тори в танце.

Как только вальс закончился, герцог направился к выходу из бального зала под руку с блондинкой.

Сегодня я лишусь еще одной любовницы.

Виктория не спеша прогуливалась по саду с Роэном. Восхитительные запахи цветов, которым был наполнен воздух, и мужчина, находившийся к ней так близко, на миг вернули ее в прошлое.

— Так о чем ты хотел со мной поговорить?

— О нас, — он остановился у фонаря и, обхватив ее плечи, повернул к себе лицом.

— «Нас» больше нет, Роэн. И ты, и я это знаем.

— Я люблю тебя, Тори. Люблю, — Роэн привлек ее к своей груди. — И всегда любил. Я никогда тебя не забывал.

Она слышала каждый удар его сердца.

— Если бы ты меня любил, ты бы приехал за мной.

— Я и приехал.

Виктория горестно усмехнулась, оставаясь в его объятиях.

— Через пять лет…

— Нет. Я приехал за тобой через год. Когда понял, что твоей отец не собирается возвращаться. И что ты не отвечаешь на мои письма.

Тори отскочила от своего собеседника, и руки ее задрожали. Глаза затуманились.

— Не лги, Роэн! Не лги! Ты не написал мне ни одного письма!

— Я не лгу.

— Нет! Ты не приезжал! А я все ждала! Я была словно в темнице, ожидая, когда же ты приедешь и меня спасешь! Я три раза пыталась сбежать к тебе! — слезы стояли в ее глазах, а несколько текло по щекам. — Но отец возвращал меня и садил под замок!

— Тори…

— Я ждала тебя! Любила тебя! А ты? Ты женился! Ты не приехал за мной! — голос ее то и дело срывался, а потом стал совсем тихим. — Ты просто нашел другую, забыв обо мне.

— Глупая! — взревел мужчина, снова притянув ее к себе. Тори попыталась вырваться, но он удержал ее. — Каждую неделю я писал тебе письма! Каждую! Я приехал за тобой, но твой отец сказал, что ты вышла замуж за какого-то титулованного старика! Я не поверил ему! Но он проводил меня в сад, где ты гуляла со своим дряхлым мужем и мило ему улыбалась, — Роэн на мгновение замолчал, а потом снова продолжил: — А потом ты обняла его и поцеловала.

Тори была поражена.

Дядюшка Альберт? Отец сказал, что я вышла за дядюшку Альберта? О, боже! А письма? Неужели тоже отец?

— Злость во мне была такой сильной, что я побоялся встретиться с тобой лицом к лицу. Боялся наделать глупостей, о которых потом буду жалеть. Тогда я думал, что увидел все, что нужно. Что ты променяла меня на деньги. И я не понимал, почему! Я тоже богат и титулован!

— Роэн, это неправда. Дядюшка Альберт был моим другом! — горячо воскликнула Тори.

Ей было больно осознавать, что ее отец, к тому же и священник, совершил один из самых страшных грехов.

Зачем?

— Я это знаю, милая. Уже знаю. Жаль, что узнал об этом очень поздно.

Виктория молчала, но по ее лицу так и текли слезы. Она хотела услышать правду. Хотела понять, что разрушило ее мечты.

— Когда я вернулся в Ирландию, то не мог найти себе места, — Роэн обнял ее так сильно, словно боялся потерять. — Ты даже не представляешь, какие чувства я испытывал… Я чуть не пустил свою жизнь под откос, но вовремя остановился. И я решил пойти таким же путем. Мне было все равно, на ком жениться, потому что я знал, что она — не ты.

От этих слов сердце девушки сжалось… Он всегда любил ее! До сих пор любит!

— Бог не дал нам детей. Я уважал жену, но полюбить не смог. Но и она не требовала моей любви. Но твое письмо… Оно вселило в мое сердце надежду, но в то же время сделало еще более несчастным. Я был готов ехать за тобой сразу же! Но понимал, что уже поздно. Делать тебя своей любовницей я не хочу и не буду. Ты — моя любовь. И я не хотел отводить тебе вторую роль, когда в моем сердце ты — единственная. Как я злился на себя за свой опрометчивый поступок! За то, что не поговорил с тобой! За то, что поверил твоему отцу!

— Роэн…

— Судьба сыграла с нами злую шутку, Тори. Но я очень хочу верить, что мы можем все изменить.

— А что с твоей супругой?

— Полгода назад она тяжело заболела. Доктора не знали, чем ей помочь… Болезнь убила ее за две недели.

Девушка тяжело вздохнула.

— Она была мне другом, и мне жаль, что так вышло… Но я решил, что это судьба дает мне шанс все исправить. Все, что я натворил. И я приехал за тобой, — он нежно провел пальцем по ее щеке, стирая слезы.

Тори подняла на него заплаканные глаза.

— Как ты меня нашел?

— Благодаря другу. Я отправил ему записку, сообщив, что приехал в Лондон. Сегодня мы встретились. И он с восхищением говорил о девушке с глазами, как два сапфира, которая так умело поставила его друга на место. А я знал лишь одну красотку с такими глазами. И очень хотел проверить, ты ли это. И оказался прав.

Правда, словно яркой вспышкой, ослепила Викторию.

— Как зовут твоего друга?

— Дрейк Гордон.

Она издала истеричный смешок.

Разве могут быть такие совпадения? Не иначе, как судьба, это не назовешь…

— Почему отец был против наших отношений?

— Считал, что я убийца.

— Что?!

Не много ли убийц для меня на один день?

— Я работал на правительство. Но сейчас ушел со службы. И в мои обязанности входил не только шпионаж.

Тори отошла от него на шаг. Она чувствовала себя слепым котенком. Когда понимаешь, что ты ничего не знаешь о людях, которых считаешь близкими… Ни о Дэймоне, ни о Роэне… Она не знает о них всей правды. Не знает, кто они на самом деле.

При мысли о герцоге ее сердце болезненно сжалось. Она закрыла глаза. Его черный пронзительный взгляд, его красивое лицо детально врезались в память.

«Я никогда тебя не полюблю…».

— Тори, — Роэн притянул ее к себе и, обхватив подбородок двумя пальцами, заглянул в лицо. — Открой глаза, милая.

Голубые глаза посмотрели на мужчину. Но в них была такая боль. Растерянность. Сожаление.