На девятой звезде я чувствую прикосновение к своей спине и улыбаюсь, боковым зрением замечая, что Яна садится рядом.
– Тебе лучше?
– Да, спасибо тебе, – прислоняется она головой к моему плечу, – хороший вечер… Ты знаешь, только что словила себя на мысли, что я тут всего неделю, а ощущение такое, словно уже целую вечность.
– Пусть оставшаяся неделя станет вечностью, – выдыхаю я и целую Яну в макушку. – Не хочу, чтобы ты улетала. Не представляю, как вернуться к жизни, в которой не будет тебя…
Глава 19 Яна
Глава 19
Яна
Он меня убивает. Своей заботой, теплотой, нежностью. Андрей относится ко мне как к принцессе, и чем ближе мы к концу отпуска, тем больше болит в груди от осознания, что все это закончится. А там, в Москве, и в целом больше нигде на планете нет человека, рядом с которым я бы чувствовала себя так, как с ним.
Каким-то чудом Андрей залечивает все мои раны, не дает грустить и плакать, не дает вспоминать о том, какие ужасы я пережила там, откуда бежала. Рядом с ним мне хочется улыбаться и парить в облаках, я чувствую, как меняюсь благодаря ему, по крайней мере, пока нахожусь здесь.
Мне невероятно стыдно перед девчонками за то, что я очень много времени провожу с ним, хотя и стараюсь дозировать это хоть как-то и посвящать Андрею, например, только вечера или только утра.
Я перестала бегать! Ни разу больше не бегала по утрам, не вставала по будильнику, не хотела даже, не задумывалась! Бег по утрам – моя психотерапия, а здесь мой лечащий врач – Андрей, рядом с которым я в таких ненавистных себе методах больше не нуждаюсь.
Завтра самолет… Очень долгий путь, с пересадкой. Сюда мы добирались больше суток, тяжело, но все мысли были о том, что уже скоро мы будем в Испании, и поэтому все часы казались не такими уж страшными! А завтра… Все, что я буду понимать завтра, так это то, что уезжаю от того человека, с которым мне впервые за многие годы было хорошо. Так хорошо, что совсем не хотелось плакать… Только от счастья.
Несмотря ни на что, я так благодарна девочкам за эту поездку! Невероятно. Кажется, что целую вечность назад мы сидели на кухне Кати утром после самого жуткого в моей жизни вечера, а потом они сказали, что купили билеты… Прошло всего две недели, но случилось столько всего, что почти не верится, что все это произошло за каких-то четырнадцать дней.
Неделю назад к нам приехал еще и Давид, муж Кати, поэтому у них теперь что-то вроде медового месяца, и Катя тоже откололась от компании. При всем при этом там совершенно точно что-то происходит у Матео с Мирой, поэтому Юля и Аля все чаще остаются одни, но сейчас, утром, когда мы, не нарушая такой маленькой, но уже устоявшейся традиции, пьем кофе на общей террасе, они признались, что познакомились с каким-то парнями и им тоже совершенно не скучно.
Какая продуктивная вышла поездка…
– Какие планы сегодня? – спрашивает Аля. Мы все еще пьем кофе. Это наше последнее утро здесь, выезжать нам завтра рано, и времени поболтать за чашкой ароматного у нас просто не будет.
Последнее утро… Мне хочется плакать от осознания.
– Андрей куда-то пригласил, – пожимаю плечами, – не сказал куда. Наверное, снова что-то необычное придумал, я не представляю, где он берет столько фантазии для свиданий.
– Свиданий? – переспрашивает Мира, поднимая брови.
Ой…
– Ну… прогулок.
– Оговорочка, – подмигивает мне Катя, – по Фрейду. Свиданий точно, как еще это назвать? Вы как сиамские близнецы не отлипаете друг от друга. А как он на тебя смотрит! С ума сойти вообще…
– Кать, – хмурюсь и чувствую, как в груди поднимается тревога. Я так сильно не хочу, чтобы это прекращалось…
– Прости, малышка, – тут же понимает она перемену моего настроения. – Ты как вообще?
– Не знаю, – шепчу. Жму плечами. Стираю скопившиеся в уголках глаз слезы. – Правда, не знаю. Не представляю, как дальше будет. Рядом с ним все хорошо, а там…
– Все тоже будет хорошо, Яночка, – сжимает мою руку Мира. – Зато теперь ты знаешь, какого отношения достойна. А не то, что было… Встретишь нормального мужика! И на меньшее больше не соглашайся.
– Да я, честно, вообще ни на что другое соглашаться больше не хочу. Как будто вот эти две недели были даны мне для того, чтобы я ощутила все самое прекрасное, что можно ощутить рядом с мужчиной. А дальше я буду жить этими воспоминаниями, вот и все.
– Ну дурочка совсем, да?! – перебивает меня Юля. – Все хорошо у тебя будет! Вот увидишь!
Улыбаюсь и киваю. Я что-то пока не готова к этому разговору… Внутри все болит от осознания скорой разлуки с Воронцовым, и на глазах снова скапливаются слезы.
Он… ну, он просто внезапно появился и сделал мою жизнь лучше. Ничего при этом не получая взамен, ничего! Я старалась отплачивать ему эмоциями и нежностью, поддержкой, но это такая капля в океане всего, что он делал для меня…
Кто-то сказал бы, что он стал просто таблеткой, которой я залечила все после бывшего жениха, который был не лучшим в мире мужчиной. Далеко не лучшим. Но это не так! Несмотря на то что он и правда меня вылечил, рядом с ним все было иначе. Меня тянет к нему не потому, что рядом с ним я чувствую защиту или что-то еще. Он… просто он другой. Совершенно невероятный! Он друг, партнер, поддержка, интересный собеседник и, что уж там, невероятный любовник. Андрею не надо быть таблеткой, чтобы я хотела быть рядом. Ему достаточно быть самим собой, ведь меня с самого детства к нему тянуло…
– Пора идти, – говорю им, глядя на время. Я обещала Андрею, что в десять буду у отеля, а уже без пятнадцати.
– Идем вместе, мы хотим поплавать напоследок, – кивают девочки, и мы быстро собираемся и выходим из номеров.
Напоследок… Боже, я никогда и подумать не могла, что это слово будет звучать для меня так больно!
Я замечаю Андрея, еще когда мы идем по территории отеля. Он, как обычно, пришел заранее и стоит, сунув руки в карманы шорт. Как всегда, до чертиков стильный даже в одних шортах! Загорелый, красивый, притягательный… Я смотрю на него и понимаю, что откровенно любуюсь. Как человеком, как мужчиной, как другом.
– Не реви только, – шепчет мне Аля. А я снова на грани, да! Но главное – не показать эти эмоции Воронцову. А то с его рвением спасти меня от слез он еще сорвется, со мной поедет… А этого никому не нужно уж точно. Я не хочу портить его жизнь ради своего спасения, он и так слишком много для меня делает. Пусть у него все будет хорошо… Он очень подходит этому месту. А оно очень подходит ему.
– Привет, девчонки! – говорит Андрей, замечая нас. Кати с Давидом с нами нет. Он здоровается со всеми, а потом притягивает меня за талию и целует в висок. Он так просто делает все эти нежные жесты… Словно даже не задумывается вообще. Просто берет и делает… – Уже скучаете по нашим красотам? – спрашивает он. – Когда, кстати, у вас самолет?
– Послезавтра! – говорю я первая, перебивая всех девочек, и встречаю недоумение в их глазах. Самолет-то завтра… – Послезавтра утром.
– Так скоро… Надо тогда придумать программу на завтрашний день. Ладно, всем до завтра тогда, у нас куча дел, – подмигивает он всем, а я все еще вижу их растерянные взгляды.
Ну что?! Ну почему вы так на меня смотрите? Неужели не ясно, я просто не выдержу этих слезливых прощаний, просто не вынесу… Умру прямо в его руках в аэропорту, если он обнимет меня и по привычке скажет на ухо что-то такое, от чего мое сердце остановится и больше никогда не захочет биться по новой.
– Куда мы идем? – спрашиваю Андрея. Он не признается! Мы просто куда-то топаем по пляжу, но я точно вижу по его лицу, что идем мы в какое-то определенное место. Он улыбается и почти ничего не говорит, но при этом крепко держит меня за руку. Мы идем по песку, наши пальцы переплетены, но оба думаем о чем-то своем…
Я соврала о дне нашего отъезда и не знаю, как скоро пожалею об этом, но пожалею точно. Что-то мне подсказывает, что когда он поймет обман, то не слишком уж обрадуется… А я не понимаю, как могу поступить иначе. Почему-то кажется, что вот так молча уйти будет гораздо правильнее, чем рвать душу друг другу, стоя в аэропорту.
Пусть история, которая началась так спонтанно и так красиво, закончится точно так же. Так будет правильнее. Наверное…
– Воронцов, не игнорируй меня, – хихикаю, толкая его в плечо. Я всеми силами стараюсь не показывать своего разбитого сердца, но и сам Андрей уже не такой веселый, как раньше. Даже не улыбается толком… Что было бы, если бы я сказала правду, что уезжаю уже завтра?
– Просто хочу сделать сюрприз.
– Ты и так меня задарил сюрпризами! – не возмущаюсь, конечно, констатирую факт. Он и правда каждый день что-то придумывает, совершенно сумасшедший! Как же больно от того факта, что долгих десять лет назад нам пришлось разорвать все то, что было между нами, а сейчас вернуть это все просто невозможно. Мы так далеко друг от друга… У нас разные жизни, все разное! У него тут бывшая со странностями, у меня там жених, с которым еще неясно, как вообще будет дальше. Я чувствую, что он просто так меня не оставит, и даже представить боюсь, что меня ждет в Москве.
Просто жаль, что жизнь поступила с нами вот так. А сейчас, дав нам эти две недели, она словно издевается, показывая, как могло бы быть. Как было бы то, что мы упустили…