— Сейчас… Сейчас все будет… — обещаю себе, ощущая еще и прилив сил.

Кинув платье на кровать, несусь в ванную, чтобы принять душ, высушить волосы и напитать кожу лосьоном. И да, сегодня я супергерой! Не проходит и двадцати минут, как уже обратно бегу.

Заглядываю в спальню к Юнии.

— Ты можешь одолжить мне красные туфли и дать денег на такси до «Коралловой бухты»? — выпаливаю без каких-либо предисловий.

Сестра отрывается от забитого шестизначными цифрами экселя, чтобы посмотреть на меня с вниманием, которого не всегда дождешься от мамы. Вглядывается без варварства, а потому, не встречая протеста, попадает прямиком в душу.

— Это важно?

Вопросы Юния Алексеевна тоже умеет задавать. Ничего лишнего. Сразу вглубь. И что самое главное — без какого-либо осуждения.

— Очень, — сиплю я, сглатывая.

А ведь и правда… Очень важно.

В волнении становится трудно дышать. Давление усиливается. Виски и лоб наливаются болью.

— До прихода мамы с папой вернешься?

— Вряд ли.

Юня вздыхает.

— Хоть на всю ночь не пропадаешь?

— Хоть… бы… — выдаю с провалами, совсем невпопад, потому что никакого понимания, чем моя затея закончится, нет. — Да, конечно! Не пропаду! — заверяю после паузы, лишь бы добиться своего. — О, мне бы еще пригодилась та маленькая белая шубка, которую ты надевала на роспись с Повериным! Знаешь, у меня пышное платье будет… То красное. Дашь?

— Замерзнешь ведь… Эта шуба только для вида. Не греет от слова совсем.

— Ну я же на такси, Юнь!

То ли я реально супергерой, то ли просто нехилым даром убеждения обладаю, то ли сестра видит что-то свое… Не только предоставляет деньги, туфли и шубку, но и помогает собраться, сварганив на моей гениальной головушке офигенную прическу.

— Расскажешь, к кому так спешишь? — интересуется, когда я принимаюсь за макияж.

У меня аж стрелка съезжает. Приходится подтирать.