— В порядке, — выдыхаю рвано, с показной борзостью. — Почему нет?

Несмотря на браваду, жду, что Егорыныч пойдет дальше рефлекторного чисто Нечаевского мужества.

Но ожидания мои напрасны. Убедившись, что я жива-здорова, враг мой слетает с катушек.

— Зачем ты это сделала? — рявкает, встряхивая так, что чуть не рассыпаюсь. — По-твоему это смешно? Весело тебе, блядь? Прикол века!

— О чем ты? — встаю в оборону, едва отступает шок.

— О херовом фейерверке!

— В смысле? Думаешь, я специально?.. — визжу, выпучивая в потрясении глаза.

— А что, нет?

— НЕТ!!!

— Да ладно тебе, Ага, — отбривает с долбаным смешком, не давая мне толком дышать. — Я же тебя не первый день знаю. Все ради цели. Все, блядь, ради цели! — рычит, дергая на себя так близко, словно желает, чтобы я расшибла об него лоб. — Лишь бы на голову выше прыгнуть, да, Филатова? Только на этот раз ты слишком далеко зашла. Ты, блядь, подвергла опасности мою семью. Подобного я не прощаю.

— Ты не слышишь меня, дебил? Я не специально! Как, по-твоему, я могла рассчитать? Просто ракеты кривые попались! Или лунки… Не знаю! Я не виновата! — доказываю с пеной у рта.

Но собака-Нечаев злее меня. Еще агрессивнее прет.

— Ты, блядь, возомнила себя физиком-ядерщиком! Странно, что реальную боеголовку не притащила!

— Да ты, блин… Что. Ты. Несешь?!

— А я думаю, че ты паришь??? Фенечки-хуенички! — так жестко слова отбивает, что кажется, будто каждым физически бьет. — На, кстати… — шипит, словно это воспоминание жалит. Лезет в карман. Копается там и одновременно находит мою руку, чтобы уже через миг шмякнуть на силой раскрытую ладонь подаренный ранее браслет. — Забирай, на хрен!

Внутри меня происходит магниевый всплеск — жгучий, яростный и до одури болезненный. Изнутри прям как лава прет. Слезы брызгают из глаз будто под давлением — я ничего не могу поделать!

Чтобы хоть как-то скрыть, захожусь неистовым ором, еще и слюнями брызжу:

— Да пошел ты, придурок конченый! Пошел!!! Ты!!!

В припадке тем самым браслетом его избить пытаюсь. Когда понимаю, что нужного эффекта достичь можно, только если распустить паракорд, швыряю отвергнутый подарок в снег и колочу гада кулаками.

Только ему плевать.