Я не фанат масштабного движа. Но мама любит собирать толпу. Мои восемнадцать — ясен хрен, отличный повод. Даже с учетом всех факапов, что я за последние месяцы выдал, планируемое торжество не отменяется.

Столы, гирлянды, сцена. Ведущий что-то запрягает. Диджей и музыканты на подхвате. Все как надо. Но не сказать, что прям по плану.

— Богдан! Свинюка ты такая! — взрывается мама, завидев только, как мелкий тащит из-под стола банку с огромными мохнатыми тварями. То есть пауками. — Ты что творишь?! В своем уме вообще?! Как додумался это сюда притащить?!

Бодя, не дрогнув даже, с олимпийским спокойствием водружает пузырь на белую скатерть между тарелками. Манерно поправляет сначала бабочку, затем манжеты, отвороты пиджака… Кладет рученьки на стол. Тяжко вздыхает. Скребет ногтем по тыльной стороне левой руки. А точнее, по взявшейся было коркой царапине. За что, естественно, сходу получает.

— Не дери, — ругается мама после легкого шлепка. — Сколько раз говорить?.. Оно же никогда не заживет.

Богдан кидает лапы в стороны и с самым борзым нахрапом тарахтит:

— В своем ли я уме вообще? Риторический вопрос. Я знал, что здесь будет скучно. Мне эти ваши сборища, если хотите знать, в печенках и почках. А у Аргуса с Арахной идет важный репродуктивный процесс. Надо следить, чтобы она его после спаривания не съела.

Илюха прыскает в кулак. Я, хоть настроение и говно, тоже ржу. А вот у мамы, что естественно, от негодования захватывает дух.

— Богдан…

В этом выдохе со свистом предупреждения не меньше, чем в звуке передернутого затвора.

— Мам, мам, — со смехом тормозит ее Илья, обнимая за плечи и тем самым удерживая рядом с собой. — Не кипятись ток.

— Как не кипятиться? — ворчит, обеспокоенно оглядываясь. — Полон зал гостей, а он с этой банкой!

Гости как гости, их внимание занимает ведущий. А вот официанты в белых перчаточках косятся, выкатывая глаза.

— Посмотри на это с другой стороны, мам, — предлагает Илюха, изо всех сил вытягивая на позитив. — Он умный, — отмечает, подмигивая и без того самодовольной морде по имени «Бодя».

Мама с улыбкой качает головой. Нет, она, конечно, пытается сдержаться, поджимая губы, но они так и так растягиваются, пока на щеках не появляются ямочки. А глаза уж по полной блестят. И явно не злостью. Мелкий, стопудово, тоже это читает.

— Я, безусловно, горда тем, что мой одиннадцатилетний сын знает такие слова, как «репродуктивный». Но не в моменте, — заявляет, пытаясь быть строгой. — И пусть будет уверен, что эта гордость от наказания его ну никак не спасет!

Богдан кривит рот вбок, чтобы безалаберно цокнуть языком. Мол, ему все нипочем.