Кого я обманывал, конечно нет. Луизу нельзя повторить.

– Все считают меня глупой, маленькой девочкой, которая ничего не понимает, но… – вдруг проговорила Мария, вырывая из мыслей. Я отвернулся, а на губах появилась едкая усмешка. – Я просто хочу выйти из тени, стать тем, кем должна. Отец ведь не может вечно прятать меня от мира. И наша помолвка… – Она смущенно замолчала, я почти уверен, что сейчас Мария прожигала взглядом мою спину.

– Неужели ты так сильно хочешь замуж? – хмыкнул я, взглянув за спину. Девушка густо покраснела, но все равно ответила, посмотрев мне прямо в глаза.

– Ты ведь не думаешь, что поиск Луизы что-то изменит? Нам все равно придется пожениться. – Ее откровенность даже пугала. Она все говорила и говорила, а мне все сильнее хотелось заткнуть уши. Уж не знаю, из-за усталости от таблеток или из-за самой девушки.

– Меня волнует только пропажа твоей сестры, – отрезал я, когда кофе приготовился. – Не думай, что все будет как прежде.

Мария пискнула, собираясь сказать что-то еще, но на кухне появился Матиас. День не успел начаться, а компания уже оставляла желать лучшего.

– Я подумал над твоими словами про убийцу и Лу, – с ходу начал Матиас. – Проверил человека, которого отец поставил за ней наблюдать. Тот сказал, что после ресторана она отправилась к себе в квартиру. Так что можно не переживать, скоро объявится, – проговорил парень, обхватив сестру за плечи. Мария недоуменно переводила взгляд с меня на брата. Потом осознание мелькнуло на светлом лице, она встряхнула головой.

– Матиас прав, искать Луизу – самое неблагодарное дело во вселенной, кто знает, в чью постель она в этот раз могла залезть, лишь бы привлечь внимание, – выдала девушка, спешно поднимаясь из-за стола. Признаться, я бы очень хотел, чтобы Луиза действительно залезла в чью-то постель, а не попала в руки убийцы. И желательно, чтобы эта постель была моей. Но, увы, кровать в комнате пустовала.

От меня в ответ не последовало ни слова, потому что я не верил в то, что Перес могла поступать настолько беспечно. Да и странно, что ее семейка так рьяно убеждала меня в том, что она ушла сама.

Я забрал кружку с кофе и направился к выходу из кухни. Уже тогда мне в спину ударил неуверенный голос Марии:

– Почему ты так сильно пытаешься ее найти? – Я помедлил, раздумывая над причиной, но на самом деле она была всего одна.

– Потому что Луиза заслуживает того, чтобы ее искали, ждали и… – и любили, но этого слова я не произнес. Мария ничего не сказала, а я скрылся в кабинете и вызвал туда Хорхе, снова недовольного моим быстрым выходом из постельного режима.

– Приведи человека, который следил за Луизой, мне кажется, они все что-то скрывают.

– Она тебе напрочь крышу снесла, да? – отозвался парень, но уже через несколько часов передо мной сидел молодой мужчина низкого роста, в панике озирался по сторонам, стараясь не смотреть на меня. Видок у меня правда был так себе, а уж учитывая репутацию, должно быть, внушал ужас.

– Ты ведь знаешь, что я не просто босс, да? – спокойно спросил я, садясь на край стола.

– Детектив, – презрительно выплюнул он, чем вызвал только легкий смешок. К таким взглядам я давно привык: кланы думали, что я предаю их дела, полиция – что поступаюсь честью.

– Верно. Понимаешь, что будет, если соврешь? – Мужчина кивнул, мельком глянув за спину, где молчаливым наблюдателем стоял Хорхе. – Отлично, а теперь скажи мне правду.

– После ресторана Луиза Перес уехала в свою квартиру, все.

– Ответ неверный. – Я поднялся, мучительно медленно натягивая черные кожаные перчатки. Мужчина задергался на стуле, ладони Хорхе тут же опустились на его плечи, пригвоздив к месту.

– Но это правда!

– Еще попытка. – Со стола в пальцы перекочевал маленький нож, лезвие замерло около глаза мужчины. – Знаешь, если ты лишишься зрения, то цены на твои услуги значительно упадут.

– Перес выкинет меня либо закончит то, что начал ты.

– А головешка соображает, – хмыкнул я, приближая лезвие еще на несколько миллиметров. – Но если не скажешь сейчас, то сначала лишишься глаза, затем поочередно каждого пальца. Я могу делать это хоть несколько дней подряд, пока ты наконец не выдашь все, что знаешь, – шепот стал угрожающим, пробирался под кожу лезвиями. Я видел, как страх мелькал в его темных глазах, как паника вытесняла здравый смысл, как желание прожить еще хотя бы секунду захлестывало, словно лавина.

– Как я понимаю, глаз ему не нужен, Хорхе?

– Не нужен, босс, – поддакнул он, сжав пальцы на плечах еще сильнее. Я подался вперед и почти воткнул лезвие в глаз. В последний момент мужчина зажмурился и отпрянул.

– Я все скажу! – Отлично. Этот фокус всегда работал.

– Не думал, что ты так быстро сдашься, но ты облегчил мне жизнь и муки совести.

– Я упустил ее около восьми, возле ресторана. Отвернулся покурить, а потом смотрю, она исчезла.

– Что-то еще?

– В семь она вошла в ресторан, с ней был парень, этот… старший Санчес, потом девушка вышла, говорила по телефону, явно ругалась с кем-то.

– Хороший мальчик, – усмехнулся я. Хорхе отпустил мужчину. Я вернулся за стол, чувствуя, как боль постепенно возвращалась. – Сдай Матиасу и проверь ее звонки. Сам, без шумихи. А ты пока пиши подробно, где был, что видел. – Я сунул испуганному придурку ручку и лист бумаги.

– У меня есть записи в блокноте, – заикаясь, проговорил он.

– Проверь. – Друг кивнул, за шкирку схватил мужчину и вывел в коридор. Я откинулся на спинку кресла, крутя в голове его слова. То есть она встречалась с Лукасом, а потом пропала. Кто мог ей звонить? Что, если в исчезновении виноват Санчес?

Нужно восстановить каждый ее шаг.

Веки от усталости прикрылись, но мысли никуда не делись.

Я снова шел по дороге из желтого кирпича, но в этот раз не во сне. Воспоминания вытесняли собой все остальное.

Я до истерики не хотел засыпать. Мне хотелось слушать эту историю, чтобы нежный голос мамы читал ее снова и снова, погружая в волшебный мир.

Правда, я не понимал, почему мама читала мне эту сказку, если вера запрещала волшебство. Однажды я даже спросил ее об этом, а она, мягко улыбнувшись и погладив по голове, сказала:

– Дело не в волшебстве, а в том, о чем сказка говорит. Если она учит добру, то это хорошая история.

– А мы добрые?

– В душе каждого можно найти доброту, Аарон. – Мама улыбнулась своей согревающей улыбкой. – А теперь тебе нужно спать, иначе Луиза не поймет, почему это ты оказался на три главы впереди нее. – Я тихо хихикнул, вспоминая лучезарную громкую девочку с кудрявыми черными, словно вороново крыло, волосами. Мы подружились в церкви на холме, куда мы с мамой часто ходим, чтобы помогать ухаживать за цветами.

Мне нравится там. Там спокойно и тихо, поют птицы и безмерно чистый воздух. А еще старый пес, с которым можно играть. И Луиза, ее мама тоже читает ей эту сказку перед сном.

Глаза открылись одновременно с тем, как в кабинет вернулся Хорхе, но едва ли я обратил на это внимание. Луиза… Волшебник Изумрудного города. Церковь. Наши мамы общались? Мы уже были знакомы? Но почему ни я, ни она об этом не вспомнили? Хотя это как раз не странно, учитывая всю следующую жизнь.

Все снова сворачивало в какую-то неясную степь.

Но если это действительно воспоминание, а не игра воображения, то теперь я хотел Луизу еще сильнее. До безумия важно было увидеть ее и сказать, что я помню, что обещал найти ее на пути по дороге из желтого кирпича.

– У красотки в тот день было много дел, – начал Хорхе, отвлекая от мыслей о прошлом. – Судя по всему, заезжала в участок, потом к какой-то девушке, затем больница, ресторан, в котором встречалась с Санчесом. Кажется, не особо ты ей и понравился, друг, – хмыкнул парень, листая блокнот.

– По звонкам что?

– Дэни, неизвестный номер, отец. Последним звонил Фелипе, видимо, с ним она и ругалась. Думаешь, стоит поговорить? – Я лишь кивнул. Поговорить с Фелипе определенно стоило. Пора задать ему парочку вопросов. Еще больше вопросов стоило задать Лукасу.

– Сначала поедем к Санчесу, если все так, как я думаю, то придурок мог с ней что-то сделать. – Я рывком поднялся, не обращая внимания на головокружение и пульсирующую боль в плече. Хорхе тут же подлетел, придерживая под локоть. Еще никогда в жизни я не чувствовал себя настолько старым.