Доктор Брайан что-то говорит, но я не понимаю что, а потом он уходит.
Я закрываю глаза.
Мне сказали, что у меня было всего семь недель беременности, на этом сроке еще невозможно определить пол ребенка… и невозможно быть беременной семь недель, если сейчас зима, а ты занималась любовью летом.
Это означает, что не Чейз отец ребенка, так мне брат и сказал.
Если только мы не сошлись снова, и никто об этом не знал.
Но тогда… Тогда бы он подошел ко мне, когда я плакала, обнял бы меня и плакал вместе со мной. Если бы это был его ребенок, он бы так и поступил.
Мое тело сотрясается от беззвучных рыданий, и когда я наконец открываю глаза, встречаюсь взглядом с братом.
Он мгновение колеблется, и я в тревоге поджимаю пальцы ног в носках.
– Ари…
Кто-то тихо стучит, и он замолкает.
Мы все поворачиваемся к двери, и у меня внутри все сжимается.
Перед моим мысленным взором возникают печальные глаза. Вспоминаю ощущение его ладоней, когда я пришла в себя в этой палате.
Я хмурюсь и смотрю на него.
Темно-синие, цвета моря, глаза, черные взъерошенные волосы.
С этим парнем я познакомилась летом. Парень с пляжа.
Друг моего брата.