– Так я и думал… Эта девушка – ходячая катастрофа, Тобиас. Она прирожденная лгунья, и я лишь хотел уберечь тебя от нее. Последнее, что тебе нужно, – это пиявка, которая, как я понимаю, уже намертво присосалась к тебе.

– О чем вы? – Бросаюсь вперед и хватаю его за рубашку. – Что вы такое несете? Хотите сказать, я был с ней раньше? Что я не помню ее?

Я бы никогда не смог забыть. И не смогу.

– А ты думаешь, почему она не хотела заниматься с тобой, а? Горячий мальчик. – Тренер отбрасывает мои руки и выпрямляется во весь рост. – Память иногда играет с нами злую шутку.

Пошатываясь, отступаю назад. Перебираю в уме все, что только можно, но картинка не складывается.

– Бейли… – Мой взгляд опускается на пол. – Она… у нее…

Голубые глаза.

Поднимаю глаза, и меня поражает выражение лица тренера. Он смотрит на меня, наклонив голову. Складка между бровей разглаживается, и он заливается смехом.

– Будь я проклят, ты действительно бестолковый сукин сын, – мотает он головой. – Проваливай и приведи себя в порядок.

– Да пошли вы, – выплевываю я.

В груди бурлит ярость, а вместе с ней миллион других эмоций.

– Если ты думаешь, что можешь развлекаться с моей дочерью и я это позволю, то ты глубоко ошибаешься. И да, позволь напомнить: ты мой еще на шесть недель, малыш.

– Учеба заканчивается через три.

– А сезон продлится до конца июня. Не делай вид, будто не понимаешь, о чем я говорю. Ты заключил со мной сделку!

Разворачиваюсь и втемяшиваю кулак в стену.

– А кто поднял вас на вершину? Благодаря мне команда на пути к чемпионству! – рычу я.

– Не спорю, но сейчас ты пока что под моим покровительством, – говорит он без каких-либо чувств в голосе. – Вот именно сейчас ты вернешься в дом, за который я плачу, примешь чертов душ и соберешь свою сраную сумку. Ты будешь на стоянке вовремя, чтобы успеть на автобус. А затем порвешь всех на игре. В конце сезона я получу чемпионский баннер, а ты – контракт. – Он подходит вплотную. – И тогда ты исчезнешь, оставшись воспоминанием для меня и Мейер.