Я вижу только черное.

Я чувствую только черное.

На грудь будто навалился тяжелый слон, не давая вдохнуть. Справа от меня настойчиво пищит кардиомонитор, а где-то вдалеке, словно сквозь вату, доносятся приглушенные голоса. Вся атмосфера холодная и темная. Должно быть, я в госпитале или, по крайней мере, в клинике.

Но почему я здесь? Я ничего не помню.

Почему я не могу пошевелиться или закричать?

То, что между нами, — бесконечно.

Опьяняющий, почти нереальный, глубокий голос безжалостно врезается мне в душу, вызывая мучительную боль в груди. Сердце падает в желудок, когда последние воспоминания о мужчине, которого я люблю, накрывает меня с головой.

Всё возвращается ужасающими вспышками.

Кейд столкнул меня с края обрыва.

Я ковыляла, иногда просто волоча по земле вымотанное тело, пока меня не подобрала группа быстрого реагирования. Как только меня втащили в «Блэк Хоук», я потеряла сознание от обезвоживания и полного истощения, без конца бормоча имя Кейда.

— Букер и О'Коннелл погибли при исполнении. Она — единственная выжившая после крушения. Мы не знаем точно, что произошло, но надеемся, что она очнется и сможет рассказать свою версию. Здесь полный бардак.

Я не узнаю голос, но мне нужно, чтобы он замолчал.

Нет.

Нет.

Нет!

Пожалуйста, пусть всё окажется просто чертовски плохим сном.

— У неё участился пульс. Она в сознании, — бодро говорит незнакомый женский голос.

— Это я, Вайолет. Я здесь.