– Знаешь, кроме родителей и Дебби, я ведь ничто на свете так не любила, как гонки, – набравшись смелости, говорю я. – Пока не появился ты…
Поворачиваюсь к Сэму и сталкиваюсь с его затуманенным нежностью взглядом.
– Боже мой, прости, – стыдливо закрываю лицо руками, – я не хотела сравнивать тебя с чем-то неодушевленным вроде гонок! Просто только с гонками я могу сопоставить твою значимость в моей жизни! Ради гонок я была готова порвать с семьей, ради гонок я была готова сделать что угодно, а теперь ради тебя…
– Стася, ты не обязана объясняться, – перебивает меня Сэм и притягивает к себе. Приподнимает мою голову за подбородок и заставляет посмотреть в глаза. И я тону в его взгляде. – Мне будет достаточно встречного «люблю», чтобы стать счастливым.
– Люблю, – киваю я, задыхаясь от этой всепоглощающей любви к нему. – Я тебя люблю.
У ночи на открытом воздухе есть какая-то своя особая атмосфера, наверное, это как раз именно то, что принято называть романтикой. А ведь и правда, нет ничего более романтичного, чем целоваться с любимым парнем на виду у всех звезд Вселенной. После взаимного признания на душе становится так легко, будто бы и правда бабочки порхают, задевая крыльями мое влюбленное сердце.
Вот мы уже не сидим на пледе, а лежим, опьяненные чувствами. Сэм пленит мои губы, распаляет алчными поцелуями мое возбуждение и сильнее наваливается сверху, расположившись между разведенных ног. Подминает под себя и исследует мое тело, будоража прикосновениями горячих рук. Снимаю с него футболку и с маниакальным удовольствием ощупываю каждую выпуклую мышцу. Выгибаюсь ему навстречу и обвиваю ногами торс, совершенно не задумываюсь о том, что кто-то услышит или увидит нас. Почему-то я уверена, что Сэм бы не привел меня сюда, если бы тут было небезопасно.
Он спускается хаотичными поцелуями к моей шее, затем к ключице и, прихватив зубами бретель моего топа, тянет вниз. Мое дыхание рваное, в нетерпении я зарываюсь пальцами в волосы Сэма и сжимаю их на затылке. Слышу его утробное рычание в ответ, надеюсь, он понимает, насколько сильно я хочу его.
Принимается за вторую бретель топа, но не выдерживает и помогает себе руками, просто сдергивает топ к талии, обнажая мою часто вздымающуюся грудь. Сэм упирается рукой возле моей головы и отстраняется, буквально пожирает меня глазами. Ночная прохлада на пару с его взглядом ласкают мне кожу, вынуждая вздрогнуть под натиском армии мурашек, а соски стать еще тверже.