– Осилишь замок или нужна репетиция?

– Это ни к чему, – неожиданно упирается Тая, хотя я жду, что она будет довольна. – Я могу выйти прямо сейчас. Если тебе некогда меня везти, то я вызову такси. У тебя правда сложности с называнием адреса, но на доме наверняка есть табличка. В конце концов, в городе есть автобусы.

Вообще-то это было бы идеально, но меня бесит. Я вижу, что у нее в голове происходит какая-то херь.

– Лисицына, ты можешь сделать мне одолжение? Я буду занят, но ко мне придет домработница. Это в четыре. Побудешь, пока она убирается?

– Ты ей не доверяешь? – удивляется Тая.

– Я никому не доверяю. Особенно, после вчерашнего.

Не знаю, что я такого сказал, но у ведьмы меняется выражение лица.

– Ладно, – она берет ключи. – Но я могу быть только до семи. Вернешься к этому времени?

– Вернусь, – обещаю я.

На всякий случай мы пробуем ключи. Тая ведет себя странно: прячет глаза, сопит. Это недобрый признак. Она думает. Еще ни разу ничем толковым не заканчивалось, но сейчас главное, что ведьма делает, как ей говорят. Ведьме бы поучиться у бобика.

Забирая шлем, чувствую неловкость от того, что она меня провожает. Ощущение, что у меня начинается воспаление вокруг занозы, которую вовремя не удалил.

– Лисицына, – говорю ей, – если к тебе снова подвалит Диана, даже не разговаривай с ней. У нее явно с головой хуже, чем было. Сразу звони мне.

– Ладно, – мямлит Тая. – Но ты же будешь занят?

– Я что-нибудь придумаю.

Это звучит так, будто я ради ведьмы готов все отложить, поэтому добавляю, разбавив сиропа:

– Ты в курсе, что у тебя стрелки криво нарисованы?

И сваливаю, пока Лисицына снова не начала свои брачные игры.

День набирает обороты. Отличное его начало подпортила Диана, но меня греет, что это последний взбрык сучки.

Ебанутая. Одно слово. Мне как раз приходит отбивка, что все готово. Даю отмашку. Все, маховик запущен, уже скоро я буду наблюдать, как жизнь непринцессы Дианы превращается в живописные руины, из-под которых ей не выбраться. Ей просто некому будет протянуть руку помощи. Об этом я тоже позаботился.

Получив не очень толстую стопку плакатов, разглядываю дело рук своих. Стоит мне только посмотреть на знакомые изгибы, как накрывают вьетнамские флэшбеки. Слава богу, не стояком, а гитарным ревом. Я не знаю, у кого как, слышал, есть особи, у которых эмоции имеют цвет, у кого-то есть слова, запускающие эмоциональный ряд. Мои паттерны привязаны к звукам.