Я выхожу из Фиби и поворачиваю ее к дереву.
Я выхожу из Фиби и поворачиваю ее к дереву.
— Теперь тебе меня не жалко? — спрашиваю я.
— Теперь тебе меня не жалко? — спрашиваю я.
— Сэм, прекрати! Прости… — говорит она.
— Сэм, прекрати! Прости… — говорит она.
Я зажимаю ей рот, и она успевает продолжить.
Я зажимаю ей рот, и она успевает продолжить.
— Что? Я просто умственно отсталый. Безобидный маленький дебил. Не знаю, что делаю.
— Что? Я просто умственно отсталый. Безобидный маленький дебил. Не знаю, что делаю.
Фиби стонет и кричит мне в руку, слова оседают у меня в ладони. Я плюю на другую руку и засовываю свой член ей в задницу. У меня в ладони вибрирует ее крик, он громкий, поэтому я толкаюсь сильнее. Там туго. Я едва смог его вставить. Фиби брыкается, как необъезженная лошадь, но она такая хрупкая, а мой папа меня натренировал.
Фиби стонет и кричит мне в руку, слова оседают у меня в ладони. Я плюю на другую руку и засовываю свой член ей в задницу. У меня в ладони вибрирует ее крик, он громкий, поэтому я толкаюсь сильнее. Там туго. Я едва смог его вставить. Фиби брыкается, как необъезженная лошадь, но она такая хрупкая, а мой папа меня натренировал.
Я толкаюсь в нее несколько раз и кончаю ей в зад. Это похоже на взрыв энергии во всем теле. Я отстраняюсь, и Фиби оборачивается. Темно, но я вижу, как на ее лице блестят слезы.
Я толкаюсь в нее несколько раз и кончаю ей в зад. Это похоже на взрыв энергии во всем теле. Я отстраняюсь, и Фиби оборачивается. Темно, но я вижу, как на ее лице блестят слезы.
— Можно мне уйти? — спрашивает она.
— Можно мне уйти? — спрашивает она.
Фальшивое обаяние и развязность полностью ее покинули. Она просто дрожащая, испуганная девочка. Теперь это она объект жалости.
Фальшивое обаяние и развязность полностью ее покинули. Она просто дрожащая, испуганная девочка. Теперь это она объект жалости.
Я хватаю ее за запястье.
Я хватаю ее за запястье.