Надо торопиться. Чёрт с ним, со светом. Надо валить из палаты, валить из этого заведения, куда угодно, через какую угодно дверь, всё равно уже рук нет, зато есть голова, и кто я такой, чтобы вот так просто разбрасываться частями тела?!

Я мелкими шажками преодолел путь от шкафа до двери, обрубками стараясь не касаться стен, и толкнул её коленом, надеясь, что не сильно шумлю.

Дверь не шелохнулась.

Посильнее надо.

Дверь была как будто из камня.

Попытка открыть её спиной тоже не удалась.

Ручка! Надо нажать ручку!

Чёрт, но ведь раньше дверь всегда была открыта. Я не видел здесь ни ключей, ни замочных скважин, а теперь что получается, как нечем стало открывать, так они и прикрыли её? Какой в этом смысл? Я что, могу сбежать без рук?

И куда мне бежать?!

От безнадёги захотелось взвыть, но страх ускорить появление куклы вовремя заткнул мне рот. Тихо, тихо, думай.

Что-то не думалось. Я пялился в темноту палаты, и от того, что там ничего не было – ничего, кроме койки и раковины в углу, – мне стало казаться, будто я лежу на кровати с закрытыми глазами, а кто-то трясёт меня за плечо и говорит:

– Давай же, пап. Приходи в себя.

Рук у меня нет, так? Открыть дверь я не могу, так как нечем нажать на ручку. А ведь достаточно нажать на неё чем-нибудь, пусть даже не руками, и язычок войдёт в защёлку, открыв мне путь в коридор. Что я там дальше буду делать, казалось не столь важным. Может быть, смогу лягнуть сестричку, если та вдруг объявится, и сбежать, прежде чем она вызовет подмогу. Может быть, меня действительно кто-нибудь где-нибудь ждёт, а я тут… прохлаждаюсь!

Я отошёл от двери, повернулся, сбросил тапок с правой ноги и, задрав её на уровень пояса, попытался найти пальцами ручку. Со стороны это должно было смотреться уморительно, но мне что-то никак не смеялось. Наоборот, было страшно.

Как я теперь без рук? Когда нас отведут за первую дверь? Не смерть ли та свобода за ней?

Давай же, находись, чёртова загогулина! Какого хрена тебя поставили на такой высоте, что того и гляди опрокинешься?!

Балансируя на одной ноге и обливаясь потом, я шарил по двери другой ногой. Когда пальцы ткнулись в холодный металл, я едва не отшатнулся – до того неожиданным и неприятным было прикосновение.

Без раздумий нажал, молниеносно подумал: «Надо было аккуратнее!» – и едва устоял, когда дверь подалась в сторону, а ногу потянуло за ней.

Тапок искать не стал.

Хрен я с вами тут останусь. А снова запрёте, я зубами себе дорогу прогрызу. Без рук, без ног, даже без половины тела сбегу, а вы оставайтесь в своём дурдоме и режьте, кого хотите.