— Я имею в виду, как он мог отрезать ей голову, — пояснил Лароуз.

Но Игнатия решила игнорировать все дальнейшие расспросы.

— Через некоторое время, — продолжила она, — голова женщины открыла глаза.

— Страшно, — произнес Лароуз с уважением.

Голова хотела знать, где находятся дети. Сначала она спросила об этом у тарелки, затем потребовала ответа у каждой вещи в хижине, но те хранили молчание. Наконец камень поведал, что ее муж погрузил сыновей в землю, и теперь они прячутся там. Камень добавил, что мужчина дал им четыре вещи, способные создать реку, огонь, гору и колючий кустарник.

Тогда голова погналась за детьми. Она кричала:

— Дети мои, подождите! Зачем вы меня покинули? Разве вы не видите, как я плачу!

Игнатия произнесла это злобным, вкрадчивым голосом. В глазах Лароуза читался ужас, но он наклонился ближе к рассказчице.

— Действительно страшно, — сказал он. — Продолжай.

Старший брат посадил младшего на спину и сказал ему, что на самом деле голова — вовсе не мать.

— Нет, она мать! Мать! — отвечал младший брат.

— Дети мои, дорогие дети, не оставляйте меня! — вопила голова. — Умоляю вас!

Младший брат хотел вернуться к матери, но старший взял кусок трута[229] и бросил его позади себя, крикнув: «Пусть будет огонь!» Вспыхнула полоса пламени, длинная и широкая. Но голова прокатилась сквозь огонь и стала настигать их.

Мальчик бросил на землю шип терновника. Сразу выросли заросли колючих кустов, и на этот раз катящаяся голова действительно остановилась. Но она воззвала к брату своего убитого возлюбленного, Великому Змею, и тот проделал проход в терновнике. Так что голова снова начала настигать братьев.

Старший бросил камень, и поднялась огромная гора. Но катящаяся голова позвала бобра с железными зубами, тот прогрыз гору насквозь, и голова продолжила преследовать детей.

Братья уже очень устали. Они бросили бурдюк, чтобы появилась река, но сделали это так неловко, что тот упал на землю не сзади, а перед ними. Они оказались в ловушке.

Лароуз кивнул, увлеченный рассказом.