Но дело было даже не в стягах и не в новой обшивке. Мостовая была выскоблена до блеска, как в Диснейленде. У обочины стояло несколько припаркованных автомобилей, но все они были новенькими и чистенькими, никакой старой рухляди, которая так долго украшала улицу, что уже превратилась в межевые знаки. Никаких раздолбанных пикапов, нагруженных канатами, собаками и пивными банками. А что еще поразительнее — нигде не было видно ни единой собаки. Неужели их вместе с бродягами и пикапами вывезли в какой-то специально выстроенный загон, как нечто оскорбляющее взгляд? А дюжины пьяных ПАП, которые в любое время года украшали Главную улицу как верные сторожевые, вооруженные бутылками в коричневых бумажных пакетах… что сделали с ними? Наверное, и им подыскали какую-нибудь роль в съемках, как и остальным жителям города. Что там говорил Кларк Б. Кларк? Партнерские отношения? Возможно, эти голливудские бродяги оказались честнее, чем он предполагал, и действительно задействовали весь город в своих съемках. И все же Айку что-то не нравилось в этом. Более того, к собственному удивлению, он обнаружил, что все это его бесит. Он мечтал вернуться домой, в Квинак, который он знал и если не любил, то по крайней мере с ним свыкся — в обтрепанный, увядающий, неряшливый городишко на северном побережье, с привычной вонью карбюраторов, гниющей рыбы и собачьего дерьма, и не в претендента на звание самого красивого города в каком-нибудь журнальчике. Это был еще один удар, а Айку уже было достаточно ударов судьбы. Всю последнюю ночь он только и думал, что о доме, крепком, здоровом сне и о возвращении к обычной, нормальной жизни. Но его дом не был похож на это,— нахмурившись, думал он, поглядывая в окно. Его дом не мог быть таким чистеньким и аккуратненьким. Единственный намек на беспорядок виднелся на небольшой площадке перед Первым Аляскинским банком ПАП, где на козлах среди кучи инструментов и пивных бутылок лежали две недоделанные фигуры из пенополистирола.

— Могли бы получиться отличные тотемные столбы, если бы они резали их из кедра,— мрачным голосом заметил Кармоди, когда они проезжали мимо.— А теперь первый же ураган разнесет эти поделки в клочья.

И лишь Грир был в восторге от этого расцвета города.

— Вау! Вы только посмотрите на эти старые берлоги — вылизаны до блеска! Мы теперь можем устраивать здесь свой маленький Марди Грас — Новый Орлеан лопнет от зависти, я уж не говорю об этой ловушке для туристов в Скагуэе.

— Скагуэй — ловушка не только для туристов,— заметил Билли с заднего сиденья,— о чем я скоро собираюсь поставить всех в известность.