Около четырех часов пополудни, когда г-н Перикур должен был во что бы то ни стало подписать протокол совещания, чтобы принятые решения были утверждены и приведены в исполнение как можно скорее (он не любил затягивать), было решено отправить документ к нему домой. И тут вспомнили об Альбере Майяре. Никто в банке не знал о связи между хозяином и этим служащим, точно было известно лишь то, что последний своим местом был обязан первому. На этот счет бродили самые невероятные слухи, однако Альбер, с его неуместным румянцем, страхами по поводу всего и вся, нервозностью, манерой подскакивать при малейшем шуме, развеял эти предположения. Генеральный директор охотно отправился бы в особняк Перикура лично, но, решив, что такое второстепенное дело, как доставка бумаг, противоречит занимаемой им высокой должности, велел отправить Альбера.

Как только последний получил распоряжение руководства, его охватила дрожь. Этот парень вел себя просто непостижимо. Его пришлось подгонять, натягивать на него пальто, подталкивать к выходу; он выглядел таким взволнованным, что коллеги боялись, как бы он не потерял документ где-нибудь по дороге. Ему вызвали такси, оплатили поездку в оба конца и тихонько посоветовали шоферу присматривать за ним.

— Высадите меня! — вскричал Альбер, как только они подъехали к парку Монсо.

— Но мы еще не доехали… — рискнул возразить шофер.

Ему доверили деликатную миссию, и вот начались сложности.

— Все равно, — воскликнул Альбер, — остановитесь!

Когда клиент приходит в ярость, лучше всего его высадить. Альбер вышел из машины. Шофер подождал, пока он отойдет на несколько шагов. Он видел, что Альбер нетвердой поступью двинулся в противоположном от указанного адреса направлении, но, если уж вам заплатили по счету заранее, нужно уезжать как можно скорее — вполне правомерная реакция.

Альбер ничего не заметил: с момента отъезда из банка его неотступно преследовала мысль о том, что придется столкнуться нос к носу с Праделем. Он представил эту сцену — вот капитан берет его мертвой хваткой за плечо, наклоняется к нему и спрашивает:

— Вот как, рядовой Майяр, значит, решили нанести визит вашему дорогому капитану д’Олнэ-Праделю? Как это мило… Идите-ка сюда…

С этими словами он тащит его в коридор, ведущий к подвалу, где им предстоит объяснение. Прадель дает ему пощечину, связывает, пытает, и когда Альбер уже готов признаться, что украл деньги в банке, что живет вместе с Эдуаром Перикуром и они затеяли неописуемую аферу, Прадель вдруг разражается смехом, поднимает глаза к небу, взывает к ярости богов, которые тут же насылают на Альбера столько земли, сколько взлетает в воздух при взрыве 95-миллиметрового снаряда, и вот Альбер уже на дне воронки, прижимает к себе голову лошади, с которой готовится предстать в раю, уготованному для малых мира сего.