— Я из банка, — глупо пояснил он.

Она раскрыла рот. Сам того не желая, он произвел на нее впечатление. Из банка, подумать только!

— Это для председателя правления Перикура, — добавил он. И, заметив легкий интерес в ее глазах, не удержался и уточнил: — Я должен передать это лично в руки…

Председателя правления Перикура не было дома, девушка предложила подождать, открыла дверь гостиной. Альбер вернулся с небес на землю: оставаться здесь было бы безумием, даже войти сюда само по себе…

— Нет-нет, спасибо.

Он протянул документы. Оба заметили, что бумаги намокли от пота, Альбер хотел вытереть их рукавом, они упали на пол, страницы перепутались, и вот они ползают на четвереньках, можете себе представить эту сцену…

Вот так он и вошел в жизнь Полины. Двадцать пять лет? А так и не скажешь. Не девственница, но целомудренна. Она потеряла жениха в семнадцатом году, и с тех пор у нее никого не было, как она уверяла. Полина, конечно, кокетничала. С Альбером они быстро спелись, но она не хотела заходить слишком далеко, поскольку для нее это серьезно. Альбер ей нравился, нравилось его наивное, трогательное выражение лица. Он вызывал в ней материнские чувства. Да и положение у него было завидное — бухгалтер в банке. Поскольку он знаком с начальством, его ждала отличная карьера, несомненно.

Она не знала, сколько он зарабатывает, но, должно быть, немало, так как он сразу пригласил ее в приличный ресторан, не роскошный, но с хорошей кухней и буржуазной клиентурой. Он ездил на такси — по крайней мере, когда провожал ее. Он сводил ее в театр, не признавшись, что сам оказался там впервые. Посоветовавшись с Эдуаром, предложил сходить в оперу, но Полина предпочитала мюзик-холл.

Деньги Альбера начинали таять, его жалованья было явно недостаточно, а он уже и так немало потратил из своей доли украденного.

И теперь, когда было ясно, что поступлений на счет больше не будет, он спрашивал себя: как выбраться из этой ловушки, в которую он угодил сам, без посторонней помощи? Чтобы продолжать ухаживать за Полиной, он подумывал о том, не «занять» ли еще денег в банке г-на Перикура?

32

32

Анри родился в разорившейся семье и все свое детство и юность наблюдал, как бедственное положение только усугубляется. Теперь, когда он готовился одержать над судьбой решительную победу, он не позволит, чтобы какой-то там чиновник-неудачник ему помешал. Потому что речь шла именно об этом. Он поставит его на место, этого жалкого инспектора! И вообще, за кого он себя принимает?

За этой показной уверенностью скрывалась изрядная доля самовнушения. Анри необходимо было верить в собственный успех, он и на секунду не мог представить, что сейчас, в период кризиса, по определению благоприятствующий тем, кто обладает крупным состоянием, он не сможет удачно выкрутиться. Война доказала, что он не боится превратностей судьбы.