– Мистер Мак-Грегор… – проговорил он негромко. – Вы сказали, что пришли сюда по двум причинам. Какова же вторая?..

Брайс остановился и так глубоко вздохнул, что его грудь раздулась, словно бочка, а живот, наоборот, втянулся. Поглядев на меня, он проговорил негромко:

– Как однажды сказал мой друг Джон Уэйн, мужчину делает мужчиной умение держать слово. Дилан свое слово сдержал.

С этими словами он снова щелкнул каблуками, встал по стойке «смирно» и отсалютовал мне. Брайс стоял совершенно прямо, и его ладонь отбрасывала легкую тень на глаза, в которых стояли слезы. Вот он моргнул, и из уголков его глаз вытекли две струйки – вытекли и побежали по щекам слева и справа от его веснушчатого носа. Несколько мгновений спустя Брайс медленно опустил руку, поправил кортик и вдруг снял с шеи висевший на веревке старый прицел. Положив его на стол передо мной, он, не говоря ни слова, вышел через вторую дверь.

Я проводил его взглядом. По правде сказать, непредсказуемость Брайса в очередной раз застала меня врасплох. Его натура была столь многогранной и отличалась столь многими неожиданными чертами, что привыкнуть к нему было просто невозможно. Опомнился я, только когда Мэгги слегка похлопала меня по коленке и ткнулась носом в плечо. Она чуть слышно всхлипывала, и я полез в карман за носовым платком, но меня опередили. Чья-то чернокожая рука протянулась поверх моего плеча, держа в пальцах белоснежный хлопчатобумажный платок. Обернувшись, я увидел Эймоса, Аманду и пастора Джона, которые неслышно вошли в конференц-зал и уселись на стулья за нашими спинами.

Кэглсток собрал свои папки, подхватил магнитофон и, кивнув мне, повернулся к мистеру Сойеру.

– Еще раз благодарю, что уделили мне несколько минут. Я не хотел мешать, но мне просто необходимо было сказать то, что́ я сказал.

Тангстон наклонилась к мистеру Сойеру, чтобы шепнуть что-то на ухо, но он отмахнулся от нее.

– Мы тоже люди, – сказал он, – и иногда нам бывает нелегко разобраться во всех обстоятельствах. Боюсь, что сегодня как раз такой случай. Комиссия по усыновлению собиралась… Скажу откровенно: мы приняли решение отклонить вашу апелляцию еще до вашего приезда сюда…

Мэгги громко вздохнула, и ее плечи слегка опустились.

– Но сейчас мне кажется, – продолжал мистер Сойер, – что, поступив подобным образом, мы действовали бы необдуманно и поспешно. – Он посмотрел на людей позади нас. – Если не ошибаюсь, сэр, вы – пастор Джон Ловетт?..

Пастор Джон, одетый в черный костюм с белым пасторским воротничком, кивнул:

– Совершенно верно.

– В своем письме в вашу поддержку пастор Джон выразил готовность оказать вам необходимую консультативную и психологическую помощь. Скажите, миссис Стайлз, согласны ли вы пройти курс консультаций у пастора, прежде чем мы снова соберемся, чтобы рассмотреть ваше заявление еще раз? – Мистер Сойер бросил быстрый взгляд на Тангстон, потом снова повернулся к Мэгги. – Я не уполномочен ничего обещать, однако мне кажется, что в этом случае комиссия может отнестись к вашему заявлению с куда бо́льшей благосклонностью.