– Я так рада, что вы смогли приехать, – продолжала Рейчел: ее улыбка была сердечной, взгляд – материнским.

Диана проследовала за Эдвардом до конца лестничной площадки с галереей, где возле двух дверей коридор поворачивал налево.

– Вот мы и пришли! – Окно комнаты выходило на лужайку перед домом, где росла араукария и нарциссы под ней. – Ванная по коридору, вниз на две ступеньки и налево, – сообщил Эдвард. – А уборная – соседняя с ней дверь.

Она направилась по коридору к уборной. Из-под двери ванной клубами выползал пар, пахло дорогой эссенцией для ванн. Возвращаясь, она услышала взрывы смеха, доносившиеся из комнаты по соседству с ними. Дверь распахнулась, вышел Руперт в белых шортах и рубашке.

– А, привет, Диана! Вы не заметили – ванная свободна? У меня только что состоялась довольно унизительная партия в сквош с Тедди, и Зоуи говорит, что от меня несет, как от чистокровного рысака.

– Мне кажется, что так от них пахнет, – уточнила Зоуи, появляясь за ним.

– Привет. – Она улыбнулась Диане. В бледно-зеленое банное полотенце она завернулась, как в саронг, волосы распустила по спине и сияла красотой. Услышав от Дианы, что в ванной кто-то есть, Руперт объяснил:

– Это Бернардин. Она там уже несколько часов торчит.

– Кажется, там вместе с ней Тедди.

– И он тоже, да? – Руперт прошагал по коридору и заколотил в дверь. – Тедди, ты там? А ну давай живее. Мне нужна ванна.

– Вот только горячей воды наверняка нет, – спохватилась Зоуи. – Надеюсь, вам она не нужна.

Нет, ей нет.

Вернувшись в комнату, она спросила:

– К ужину переодеваемся?

– Так, слегка. Стараемся больше по субботам. – Он размешивал в стакане с водой какой-то белый порошок. – Лучше перестраховаться, – сказал он. – Выпью заранее, чтобы потом, за ужином, есть и не задумываться.

В комнате было зябко. Она распаковала вещи, надела синевато-зеленое шерстяное платье с длинными рукавами и села к туалетному столику краситься.

– Дорогая, я тебя оставлю. Меня просили заняться напитками.

– Где вы будете?

– В гостиной. Вниз по лестнице и напротив нее слева. Не задерживайся.

Все время, пока она причесывалась, пудрилась и добавляла синей туши на ресницы, ее не покидала мысль, как это удивительно – находиться в том самом месте, где всю войну, выходные за выходными, она горестно представляла себе Эдварда. Когда Руперт и Зоуи приходили к ним на ужин, ее поразило, как непохож Руперт на старшего брата, и хоть Эдвард нахваливал красоту Зоуи, Диане она показалась какой-то безжизненной. Но этим вечером, закутанная в полотенце оттенка перечной мяты, она выглядела кинозвездой, свежей и эффектной безо всяких усилий, с чудесной кожей оттенка сливок и лепестков магнолии, с прозрачными и ясными зелеными глазами. Само собой, она намного старше Зоуи, да и волосы, как только начнешь красить и завивать их, смотрятся уже не как прежде. Свободно повязав розовато-сиреневый шарф на шею, чтобы прикрыть ее, она сошла вниз, искать Эдварда.