– Дорогой, прости! Я понимаю, как они тебя тревожат. И жалею только, что ничем не могу помочь.
– Милая, еще как можешь! Я очень люблю тебя, ты же знаешь.
– Знаю. И я тебя люблю.
По возвращении в Лондон оказалось, что с Джоном беда. Из больницы звонили час назад, сообщила миссис Гринэйкр, но когда она дозвонилась в Хоум-Плейс, то узнала, что они уже выехали. Это насчет майора Крессуэлла. Он в Мидлсекской больнице.
– Я тебя отвезу, – вызвался Эдвард, и они сразу уехали, даже не позвонив в больницу.
– Как думаешь, он попал в аварию, или?..
– Не знаю, дорогая. Может, у него особенно жестокий приступ малярии.
– Но разве в этом случае все равно стали бы звонить нам?
– Или сердечный приступ, или еще что-нибудь. Бесполезно гадать и тревожиться, мы все равно ничего не знаем. Постараемся доехать поскорее, – дождь снова усилился, но улицы были почти свободны.
– У него передозировка, – сообщила им сестра, – но его, к счастью, вовремя обнаружили. Мы сделали промывание, сейчас ему полегчало. Ваше имя нашли у него в записной книжке, вот и позвонили вам.
Ее проводили в палату. Он лежал в дальнем конце. Эдвард сказал, что подождет за дверью. Возле кровати стоял стул, она села. Он лежал совсем серый, исхудавший, с закрытыми глазами, но открыл их, когда она позвала его по имени.
– Джонни! Это я, Диана.
Вид у него был растерянный.
– Дико виноват, – пробормотал он. – Не знал, как быть. – Она взяла его за руку. Он впился в нее взглядом. – Бесполезно, – продолжал он. – Я просто не могу… найти… Даже на этот раз не справился, да? И вот он я опять. – Он силился улыбнуться, единственная слеза медленно выкатилась из глаза.
Она погладила его по руке.
– Милый Джонни, все хорошо. Я здесь.
– Понимаешь, просто поговорить не с кем. – Он снова зажмурился и продолжал, не открывая глаз: – Вот чем хорош был лагерь: этого добра навалом.
– По-моему, сейчас тебе надо поспать. Завтра я снова приеду, и мы поговорим как следует.
– Вот горемыка. Ужас какой!
С помощью многочисленных вопросов она выяснила, что нет, в компании «Казалет» толку от него было немного; что ему