– С виду он не картинка, – по секрету сообщила ей Бернардин, – зато у нее будет титул, и хотя говорят, что денег у него нет, в это что-то не верится. Дом у него здоровенный, как отель, так что ей ужиматься не понадобится, не то что нам с Тедди.

(Речь о Полли зашла в ходе затяжного «трепа» с Дианой о том, как трудно сводить концы с концами и как скупы Казалеты, и Диана поняла: от нее ждут, чтобы она передала эти слова Эдварду.)

– Хью так рад. После помолвки Полли его не узнать, – сказала Рейчел. – Выглядит помолодевшим на десять лет.

– Клэри будет скучать по ней, – откликнулся Руперт. – Они дружили так долго. Когда она возвращается в Лондон – Арчи, ты не знаешь?.. Арчи?

Тот выбивал трубку в камин, – видимо, поэтому и расслышал не сразу.

– Наверное, вернется, когда допишет книгу, – ответил он.

– Лучше всего то, что они любят друг друга до умопомрачения, – воскликнула Зоуи, и Диана увидела, каким влюбленным взглядом окинул ее Руперт. «И они влюблены», – подумала она. На самом деле. Ею на миг овладела зависть.

В воскресенье вечером, когда они остались одни, Эдвард предупредил:

– Насчет этой свадьбы не стоит слишком воодушевляться.

– Я и не думала, но почему? По-моему, очень радостное событие.

– Боюсь, присутствовать на нем мы не будем.

– А что такого? Я уже со всеми познакомилась, меня, кажется, приняли.

– Потому что Хью хочет пригласить Вилли. Вот почему. Вилли заботилась о Сибил, когда та умирала, и Хью этого не забыл.

– А-а. Это значит, что он не желает со мной знакомиться?

– Не знаю. Может быть. Кое в чем он упрям как черт. Между нами есть и другие разногласия. Не только ты.

– Рада слышать, – сказала она.

– Да? – Он оскорбился. – Знаешь ведь какие.

Разумеется, она знала. Капиталовложения, Саутгемптон и так далее, и хоть он пытался ей растолковать, все выглядело настолько запутанно, неразрешимо и, в общем-то, довольно скучно, что она забыла, как мысли об этих делах донимают Эдварда.