– Вот что я тебе скажу. Почему бы тебе не потолковать насчет него с Рейчел? В таких делах она неплохо разбирается.

Оказалось, и вправду неплохо. Диана позвонила ей, Рейчел приехала в тот же день, они долго беседовали, и Рейчел решила съездить к нему сама.

– Ему, бедному, похоже, слишком одиноко, – определила она.

Диану переполняли чувства благодарности и облегчения. Потом она забеспокоилась, куда же ему деваться после выписки из больницы, которая, как она узнала во время второго посещения, ожидалась в самом ближайшем времени. Естественно, она могла бы приютить его у себя, но от такой перспективы у нее падало сердце, и хотя она полагала, что Эдвард не станет возражать, ей было ясно, что и в восторг он не придет.

Но Рейчел все уладила.

– Надеюсь, вы не сочтете меня слишком настойчивой, – сказала она по телефону в тот вечер, – но сестра Мур сказала, что ему нет смысла задерживаться в больнице, вот я и договорилась о его пребывании у одной из моих давних коллег – сестры милосердия на пенсии, которая время от времени берет к себе выздоравливающих пациентов, которым требуется небольшой уход. Она живет в Илинге, так что вы сможете навещать его там. Я объяснила ей, что к чему, а она на редкость здравомыслящий человек. Уверена, она благополучно проведет его через этот этап. А мы пока подыщем ему какое-нибудь занятие – более подходящее, чем сидеть в конторской каморке и сражаться с цифрами, в чем, по его словам, он не силен. Думаю, ориентироваться нам следует на работу в каком-нибудь сообществе, там, где у него появится компания. Сестра Мур говорит, вес у него ниже нормы и почки пошаливают, так что прежде ему понадобится хороший отдых. Я уже поговорила с ним об этом и сказала, что непременно приеду навестить его в Илинге.

Но когда Диана попыталась поблагодарить Рейчел, та перебила:

– Нет, не стоит, такие заботы мне только в радость. Надеюсь, вы не сочли меня чересчур настойчивой. Он такой милый, он заслуживает лучшей участи. Людей, подобных ему, наверняка насчитывается множество, верно? Тех, кого тяжело ранила война, но по их виду не скажешь, поэтому внимания им уделяют недостаточно. – Она перевела дыхание. – Был один печальный момент: он дал мне свою записную книжку, просил позвонить его дантисту и отменить визит. И единственными записями в этой книжке оказались два адреса и телефона – дантиста и ваш.

Утро почти закончилось. Вставая, чтобы принять ванну, она вспоминала, как на прошлой неделе навещала Джонни. Две недели в обществе сестры Краучбек сотворили чудо. Он выглядел уже не таким чахлым и жалким; лицо больше не казалось бесцветным, одежда имела аккуратный вид – тщательно отутюженная рубашка, брюки со стрелками, начищенные ботинки; его редкие волосы были старательно расчесаны.