Дети заметно изменились, и уже не были крохотными обезьянками, как в самом начале, а двумя крепкими малышами, которые с каждым днем набирали вес и начали доставлять андалузцу радость: он почувствовал, как благодаря этому близкому контакту, в нем просыпаются настоящие отцовские чувства.

Так прошли две самые счастливые недели его жизни, поскольку, хоть он и не мог покидать пределы огороженной территории, у него было все, в чем он испытывал необходимость. Даже Калье Уаси позволили его навещать, и, хотя инка никогда не отличался разговорчивостью, его компания была очень приятна.

Любовь его жен и детей, компания друга и превосходная еда (Шунгу Синчи научилась добавлять специи) – это было больше того, чего можно желать в его положении, и, поскольку время все равно тянулось очень долго, он по большей части использовал его, чтобы ускорить обучение грамоте Найки и Кальи Уаси.

Они также сшили мяч из кожи и, когда не было дождя, играли, бросая мяч об одну из высоких стен во дворе, что помогало поддерживать физическую форму и не слишком много думать о сложности будущего, которое с каждым разом представлялось все более неопределенным.

Судя по тому, что удалось выяснить Калье Уаси, «Старое гнездо кондора» начало готовиться к длительной изоляции, оборвав единственный контакт, который поддерживало с остальным миром посредством извилистой горной дороги, чтобы таким образом превратиться в абсолютно автономный – забытый всеми и независимый – субъект, который бы при этом сохранял живыми обычаи, законы и традиции инков в течение лет или веков, сколько там еще продлится нашествие.

Больше не существовало даже высшей власти, которой следовало подчиняться, поскольку Инка умер, а его сын пока не согласился стать преемником, так что Большому совету не надо было ни отчитываться о своих решениях, ни назначать сроки, когда вновь начать передавать народу огромный поток своих сокровищ и знаний.

– Если Писарро овладеет Куско, – заметил Калья Уаси, – получится так, словно Секретный город исчез с лица Земли, потому что никто за пределами этих стен не знает его местонахождения, и никто не может выйти из него под страхом смерти.

– До каких пор?

– Пока не вернется комета, которая появляется на небе через каждые семьдесят лет… В этот день пошлют в Куско шпиона, и, если нашествие будет продолжаться, нужно будет ждать еще семьдесят лет.

– Семьдесят лет! Да они свихнулись!

– Ты считаешь, что разумнее разрешить Писарро прийти и разграбить город, как он поступает везде, где бы ни проходил?

– Нет, конечно… Но семьдесят лет – это уже перебор!..