– А почему бы тебе не сбежать? – подкинул идею испанец. – В конце концов, тебя здесь ничего не держит, и ты влез в это дело ради нас. Уходи, пока не слишком поздно.

– Уже слишком поздно, – с легкой улыбкой заметил инка. – Если уж в город трудно попасть, то выйти отсюда невозможно, потому что вокруг нас – одни глубокие пропасти и существует всего одна тропинка, которую неусыпно охраняют. И если в какой-то момент губернатор прикажет перерезать мосты, никто никогда больше не сможет ни подняться, ни спуститься отсюда. Инженеры Пачакутека знали свое дело. Если «Старое гнездо кондора» потеряется, то можешь быть уверен, что пройдут столетия, прежде чем его отыщут.

По возвращении Тиси Пумы из его очередного краткого визита в Куско, Большой совет вновь собрался в Башне амаутов. После многочасовых прений послали за испанцем, заставив его вылезти из постели и явиться на заседание.

Губернатор Тито Амаури, который первым взял слово, вел себя совсем не так, как обычно: сейчас он имел вид человека холодного, решительного и сурового, готового, судя по всему, добиться цели любой ценой.

– Писарро собирается наступать на Куско, – сказал он, как всегда, перейдя прямо к сути. – Если он войдет в столицу, то завладеет страной, и мы превратимся в рабов испанцев. – Он начал яростно жевать коку. – К счастью для нас, его кандидат на трон, Топарка, недавно умер, однако, к нашему несчастью, единственный человек, который мог бы ему противостоять, – Манко Капак, сын Уаскара, – не готов это сделать до тех пор, пока не найдет человека, который командовал бы его войсками… – Он посмотрел прямо в глаза испанцу. – Мы решили, что это будешь ты.

– Я? – удивился Алонсо де Молина; он был потрясен.

– Именно.

– Ты хочешь сказать, что вам пришла нелепая мысль, что испанский капитан, служивший у Франсиско Писарро и императора Карла, будет воевать против своих соотечественников и бывших товарищей по оружию?.. Да это безумие!

– Это отчаяние, а не безумие… – холодно заметил Тито Амаури. – У нас нет другого выхода, потому что никто из нас не знаком с тем, как воюют чужестранцы, с их слабыми сторонами, никто не знает, как прорвать оборону тех, у кого имеются огромные звери и мощные «трубы громов»… Кто же лучше тебя?

– Да любой, потому что я не родился предателем.

– Они уже не твой народ и не твои люди, – заметил губернатор, выплюнув зеленую жвачку в золотой горшок. – Твои жены, твои сыновья и твои друзья – все они здесь, вот их ты и должен защищать.

– Но не выступая же против испанцев.

– А почему нет? Это шайка мерзавцев, которые насилуют и грабят все на своем пути. Они весьма кстати казнили Атауальпу и Каликучиму, но также убили сотни невинных людей, которые лишь не желали становиться их рабами. Ты позволишь поступить так же с твоими женами и сыновьями? Они принадлежат к нашей расе, а для испанцев мы всего лишь дикари – вроде ауков из восточных джунглей.