— Вы бы хотели?

— Ничего более простого, убить его.

— Вы?

— Я! Буду счастлив, если мне это удасться.

— Но вы, вы сами погибните, он сильный, он окружённый, он осторожный.

— Умереть могу и хочу. На что теперь сдалась мне жизнь? — добавил он грустно. — Я увидел того, кого хотел видеть, пережил самое плохое и самое хорошее, мне не на что надеяться и незачем щадить себя.

— Для отца, для… — И смущённая княгиня замолчала. — Ради Бога, — говорила она потихоньку, — бросьте эту мысль, недостойную вас! Запятнать себя самоубийством.

— Нет, княгиня, только покарать вашего преследователя.

— Карать — не ваше дело.

— А кто его покарает?

— Оставьте это королю и Богу, для меня достаточно сделаете, когда меня, а скорее, только моего ребёнка, защитите от него.

— Пойдём, отец, — сказал младший, — нам нужно узнать, откуда князь знает, пойдём. Времени в обрез.

И, бросив Анну, взволнованную появлением давно оплаканного человека, угрозами князя, наконец вестью, полученной от пана Чурили, отец и сын быстро пошли в город, думая, каким образом им действовать дальше.

Старик ломал голову, как найти своих соучастников, о которых, кроме одного начальника, он не знал; он был уверен, что тот тайну не выдал.

Поскольку ни от кого, за исключением Кжистофа Пеняжка, об остальных он узнать не мог, поспешил к нему.

Тем временем, мы расскажем, кто такой был пан Кжистоф Пеняжек.

Хотя изначательно из мещанской семьи, отец его дослужился до шляхетства, которое, впрочем, получили многие краковские семьи (и поэтому у Папроцкого вырвано столько страниц там, где перечень советников Кракова), прилепился к старым Одроважам, купил деревню в окрестностях и, бросив торговлю, начал жить роскошно, брататься с более высокими, чем был сам; и, как это всегда бывает, близкое общение со шляхтой нужно было оплачивать большими жертвами. Одни брали деньги, другие приказывали себя за это поить и кормить, а пан Пеняжек, собранную честной работой своего отца и деда собственность пустил через руки мнимых друзей.

Дорого оплатив отношения, ещё дороже ему пришлось покупать брак с вдовой, правда, красивого имени, но очень пошарпанной славы. Сыном этой вдовы был пан Кжистоф. Гордая женщина угнетала мужа и, вытягивая его на дорогую, пышную жизнь, до остатка разорила. Сначала умер Пеняжек от горя, что не мог обеспечить судьбу ребёнку, которого любил больше жизни; вдова второй раз бросила и сына, и взятое имя и, забрав драгоценности, наиболее дорогие вещи, убежала с итальянцем-доктором за границу. Сирота пан Кжистоф воспитался жаком, клянясь в ненависти семье своей матери, которой был покинут и презираем, служил потом за границей в Венгрии и Голландии. Вернувшись, после брата отца, который умер бездетным, он наследовал маленький домик и поселился в Кракове. Там он жил на небольшой доход с собственности и разных дел, на которые, попросту говоря, нанимался. Он одалживал руки и саблю, но всегда только в хорошем деле, он брал на себя важные и тайные поручения и т. п.