– Он вам нравится? – без обиняков спросила Шейла.

Бетт опустила глаза, невольно вспомнив, какую радость испытывала, работая бок о бок с Гарри, – как они передавали друг другу родды, кружки с кофе и итальянские словари, как оба сгорали от нетерпения, ожидая курьеров с новыми донесениями, как обменивались быстрыми улыбками, заслышав въезжавшие во двор служебные автомобили…

«С тех пор как я увидел, как ты взламываешь итальянскую “Энигму”, я едва смею дышать рядом с тобой».

– Насколько я понимаю, ответ «да», – заключила Шейла.

– Это не имеет значения, – заставила себя сказать Бетт, поднимая глаза. – Я не стала бы ничего… делать. Потому что он ваш муж.

– Так это все, что вам мешает? – Шейла отхлебнула пива. – Послушайте. У меня есть кое-кто другой. Гарри в курсе, и его это совершенно не волнует. В браке мы остаемся лишь ради вон того мальца. – Она кивнула в сторону сына, лежавшего на полу нос к носу с Бутсом, и ее лицо смягчилось. – Он просто чудо, и я за него жизнь отдам, если понадобится. Гарри тоже. Но наш сын – это единственное, что общего у нас – у Генри Омара Дариуса Зарба с его высшим образованием и важным семейством, где сплошь дипломаты да лондонские банкиры, и Шейлы Джин Макги, бывшей барменши в пабе «Орел» в Кембридже, куда он ходил заниматься и пропустить бокал пива. Даже великой любви между нами не было. Я ему нравилась, потому что не обзывала его черномазым или макаронником, а он нравился мне, потому что выглядел как шейх из кино. Когда я узнала, что намечается Кристофер, он поступил как порядочный мужчина. Отец он отличный, но бесит меня порой как не знаю что своими уравнениями и неспособностью наконец-то научиться убирать свои треклятые грязные носки. – Раздражение в ее голосе смешивалось с нежностью; она говорила скорее как старшая сестра, а не жена. – Нам неплохо живется вместе, но если ему хочется интрижки с кем-то вроде вас – и если вам это тоже нужно, – то пожалуйста, я не возражаю.

Глядя на нее во все глаза, Бетт машинально подняла свой бокал и отпила чуть ли не до половины.

– Но это же безнравственно, – не удержалась она, будто слыша голос своей матери.

– С чего бы, ежели никому не вредит? – пожала плечами Шейла. – Мы об этом не распространяемся, чтобы ничего не дошло до Кристофера, а в остальном позволяем друг другу жить как нравится. Мне бы хотелось увидеть Гарри счастливым. Он мой лучший друг, и еще он не мешает мне быть счастливой с моим парнем. Немногие мужчины способны на такое. Вы из мозговитых, вроде Гарри. Не знаю, чем вы там занимаетесь в БП, но явно чем-то важным. А ему бы понравилось быть с женщиной, с которой можно обсудить уравнения или о чем еще там у вас, образованных, принято болтать в постели.