Та пелена почти полностью снова меня заволокла, Маб, – да она и не пропала никуда по-настоящему. Я не видел мира в цвете с тех пор, как мне было шестнадцать и я бултыхался во фронтовой грязи. Я вернулся из того страшного места, сохранив все члены и по большей части – разум, но не могу сказать, что полностью снова влился в ряды человечества. Мне так никогда и не удалось избавиться от ощущения, что я стою за кулисами, на сцене идет пьеса, и меня отделяет от нее занавес. Лишь иногда, время от времени, занавес отодвигается и я вижу мир в цвете – меня тянут на сцену, я стою там, моргая от яркого света, и тогда начинаю что-то чувствовать.

Во время визита премьер-министра в Блетчли-Парк был момент, когда ты надела свою обновку, щебеча о том, как важна для женщины элегантная шляпка. И в тот миг ты стала Девушкой в Шляпке. До того мне просто нравилось проводить с тобой время – ты была очаровательна, с тобой было интересно. Приятная компания в свободный вечер для мужчины, который регулярно пытается напомнить себе, что в мире существуют всякие цивилизованные вещи, а не одни только ужасы. Но тогда, на лужайке, ты меня ослепила. Ты так страстно желаешь получить то, чего тебе хочется, – твердо намерена вырвать из когтей мира свою судьбу, какой бы кошмар ни происходил вокруг, и тебя, похоже, не устрашают никакие напасти. Ты просто наденешь элегантную шляпку и отправишься покорять мир. И в то мгновение я полюбил тебя.