– Получится.

– А что, если нет? А что, если я больше не могу это делать? – Это пугало ее больше всего: не суметь прорваться в код. Больше не улететь винтом головой вниз в Страну чудес, в мир букв и алгоритмов, по которому она когда-то завороженно бродила. А теперь она колотит в ворота Страны чудес, разбивая до крови кулаки, но створки остаются запертыми. – Сколько разума я оставила в клинике?

В лечебнице ей казалось, что она там самая вменяемая, а сейчас, на свободе, она чувствовала себя посаженной в клетку сумасшедшей, которую показывают в балагане.

Огромная рука Гарри потянулась к ней через стол. Помедлив, Бетт дотронулась до его ладони кончиками своих пальцев с обкусанными до крови ногтями.

– Бетт, ты не оставила там ни капли своего разума. – Он твердо смотрел прямо на нее. – Ты снова справишься.

Ее глаза затуманились. Он говорил тепло, спокойно, и он в нее верил.

– Просто… не надо обращаться со мной так, словно я сделана из стекла, Гарри. Сейчас мне некогда разбиваться.

Потом, когда они поймают Джайлза, она позволит себе дрожать и всхлипывать, осознавая весь вред, который нанесла ей клиника. Но не теперь.

Он крепко сжал ее руку.

– Тогда вернемся к работе.

Прошел еще час. Гарри вычитывал цепочки букв, а Бетт работала над новой идеей с крабами и перевертышами, очень в духе Дилли. Когда в коридоре процокали каблуки, оба подняли голову.

– Мы пропали! – воскликнула Озла, врываясь в библиотеку в своем наряде для Букингемского дворца. – Мне не удалось… Гарри!

– Привет, красавица! – Гарри подошел к Озле и поднял ее в воздух, оставив на полу ее лакированные туфельки с перепонкой. – Я думал, ты к этому времени уже выскочила замуж за какого-нибудь герцога.

– Все еще хуже, дорогуша. Я ведь помолвлена с предателем, ты разве не слышал? – Гарри поставил Озлу обратно в туфли, и она повернулась к Бетт. В комнату вошла Маб, вытирая руки кухонным полотенцем. – Я осторожно прощупала всех лондонских знакомых моего крестного, но так и не выяснила, где раздобыть «Энигму».

– Оставь пока «Энигму», – отмахнулась Бетт. – Прежде чем что-то ей скормить, нужно прорваться в код. – Она потеребила неровные концы волос. – А дело у нас идет слишком медленно.

– Надо задействовать побольше мозгов, – предложил Гарри, барабаня пальцами по столу. – Я позвоню Профессору – этот год у него отпускной, и он проводит его в Кембридже. И кузену Морису, он работал над шифрами в Блоке F, а теперь служит в лондонском отделении «Лионского кредита». Если им удастся приехать и поработать хоть пару дней…

– Нам нельзя никому об этом говорить, – возразила Бетт, чувствуя, как в душе нарастает паника. – Нельзя доверять…