Петрович разложил чертёж на камне поближе к лампе, снял картуз и, пригладив рукой седые усы, сказал:

– К нам прибыл товарищ из Севастополя, он передал, что Питер торопит с организацией побега, пока жандармы не дознались, кто такие Коссачёва и Климов. Давайте посоветуемся, кому что делать, и можно ли с нашими силами решить такую задачу. Кое-что у нас уже сделано. Связь с крепостью и заключёнными есть. Теперь нужно продумать, как их вырвать из крепости. Трудное, очень трудное это дело, – подчеркнул Петрович.

– По-моему, задача распадается на три: первое – уйти из каземата, второе – уйти с форта и третье – бежать на лодке из крепости, – ответил Волков.

– Дело, повторяю, очень трудное, если не просто невозможное, – задумчиво проговорил Петрович, всматриваясь в план крепости.

– Выходит, зря в Питере на нас надеются? – посмотрел на Петровича Павел.

– Трудное не трудное, а выручать товарищей надо. Тут уж не приходится отнекиваться, – заявил Блохин.

– Что ты предлагаешь? – обернулся к нему Петрович.

– Что? – переспросил Блохин и, ещё раз прикинув в уме все свои возможности, ответил: – К начальнику жандармской команды, кажись, я вошёл в доверие, все ходы и выходы на форту и в крепости знаю и берусь вывести заключённых из казематов и с форта.

– Но ты же не один в охране, – напомнил Волков.

– Не один… Надеюсь, что Климов и Окуленко помогут… помогут справиться с жандармами, что дежурят при заключённых.

– А Тлущ?

– Что-то не лежит у меня душа к нему, – признался Блохин.

– Почему?

– Больно склизкий он какой-то!

– Проверить надо, чтобы не ошибиться. Может, зря плохо думаешь о нём, – посоветовал Петрович.

Блохин подробно изложил свой план освобождения узников из казематов. Его замысел не вызвал особых возражений, но дальше возник самый сложный вопрос: как вывести заключённых сначала с форта, а затем за пределы крепости? Всем было очевидно, что осуществить это без помощи караульного начальника и солдат-часовых и патрульных – невозможно. Необходима была помощь со стороны штабс-капитана Борейко и его роты, где служили Тимофеев и несколько революционно настроенных солдат. Поэтому необходимо было приурочить время побега ко дню, когда рота Борейко была бы в крепостном карауле.

После долгого обсуждения решили организовать побег со стороны моря. Волков с Гойдой не раз присматривались к крепости с рыбачьих шаланд. Они убедились, что ночью, во время непогоды, хотя и с большим риском, но всё же можно пристать к берегу на шлюпке. Если удастся вывести заключённых с форта к морю, то от берега до шаланды их можно будет перебросить лодкой.