Тогда Дионас избрал этот лес обычным своим обиталищем. Он велел выстроить красивый приют у большого и многорыбного озера. Там он и любил охотиться, а потом отдыхать вдали от шума и людей. Не единожды принимал он там богиню лесов Диану, которой приходился крестником и которая нарекла его своим именем. В последний свой приход она пожаловала ему один дар.

– Дионас, – сказала она, – ежели боги моря и звезд на то согласны, я хочу, чтобы первую же дочь, зачатую твоей прекрасной и мудрой супругой, полюбил и страстно возжелал мудрейший из людей, рожденных под властью Вортигерна; мудрец этот доверит ей все свои лучшие познания в некромантии[415]; с первого же дня, как он ее увидит, он будет всецело ей подвластен и не откажет ни в чем, что она соизволит у него попросить.

Дочь эта родилась в свое время и получила при крещении имя Вивиана, что по-халдейски означает Ничего не поделать[416]. В двенадцать лет Вивиана была самым прекрасным созданием, какое только может пригрезиться. Преподав Леонсу Паэрнскому меры для защиты земель Беноика от короля Клодаса, о чем мы уже вели речь, Мерлин присел в Бриокском лесу на камне у родника с чистой водой, прозрачным песком и серебристой струей. Он принял облик юного пажа. А Вивиана, как ему было известно, нередко приходила побыть в этом приятном месте. Она пришла; Мерлин, не говоря ни слова, вперился в нее долгим взором. «Какой же я, однако, безумец, – думал он, – что увязаю в своем грехе, рискуя утратить знание и разум, данные мне Богом, ради того, чтобы услаждать простую девчонку!» Сии премудрые размышления не помешали ему приветствовать ее. Она, как девица благоразумная и хорошо воспитанная, отвечала:

– Да придаст мне Ведающий тайные помыслы сил и желания угодить вам! Да укроет Он вас от всех опасностей и дарует вам все, чего вы, верно, желаете другим!

Под эти ласковые речи Мерлин пересел на берег ручейка.

– Кто вы, сударыня? – спросил он.

– Я дочь вавассера этого края; отсюда вы видите его усадьбу. А вы, любезный друг?

– Я бродячий подмастерье, в поисках наставника, который бы меня обучил.

– Так вы учитесь? какому же ремеслу?

– Сударыня, – ответствовал Мерлин, – к примеру, поднять на воздух замок, подобный тому, что виден вам, будь он даже окружен осаждающими и полон осажденных; или же пройтись по этому озеру, не замочив пальцев ног; или пустить реку по равнине, прежде иссушенной.

– Вот ведь чудесная премудрость, – говорит девица, – и я многое бы дала, чтобы выучиться подобным секретам.

– Ах! юная госпожа, знавал я и еще чудеснее, еще приятнее. Нет на свете забавы, которой я не мог бы предаваться столько времени, сколько пожелаю.