Неистовая идеология Ленина есть лишь концентрированное и, может быть, утрированное выражение тех мыслей и чувств, которые частично бродят в головах значительной части демократии и находят благодарную почву в элементарном классовом инстинкте, еще не доросшем до дисциплинированного опытом классового сознания[341].
В отличие от большевиков меньшевики и эсеры признавали необходимость «единения всех революционных сил страны» и поддержку Временного правительства, в том числе в деле организации наступления на фронте. Рабочий-марксист, в недавнем прошлом член рабочей группы ЦВПК Е. Маевский в брошюре «Уроки 1905 года и революция 1917 года» так сформулировал патриотическую доктрину российской революции:
Революция, происходящая во время войны, которая истощила и дезорганизовала страну, окружена со всех сторон великими опасностями. Больше, чем когда-либо, необходимо напряжение всех сил в стране – всех тех сил – и пролетарских и буржуазных, – которые не желают возврата к царизму… При тех обстоятельствах, в которых оказалась теперь Россия, когда политическая власть находится не у царского правительства, а у ответственного за судьбу своей страны революционного народа, всякое массовое движение внутри страны должно быть в высокой степени организованным, до конца продуманным и строго подчиненным интересам целого, т. е. интересам всего народа.