– Это госпожа королева, супруга короля Артура.

При этих словах Ланселот метнулся к поводьям:

– А вы, кто вы такой?

– Я сенешаль Кэй.

– Постойте: я сам буду сопровождать королеву.

– Нет, дорогой сир; и доложу я вам, что я охраняю ее по приказу короля от рыцаря, который ждет меня здесь неподалеку.

– Госпожа, – сказал Ланселот, – мне не верится, что это вы; это правда?

– Чистая правда.

Он не настаивал, помня, что королева давно отвергла его услуги. Он безропотно стал наблюдать, что произойдет:

если сенешаль окажется побежден, королева будет тем более благодарна тому, кто сможет вырвать ее из рук похитителя. И потому он последовал за ними в отдалении. Выехав на пустошь, Мелеаган взялся за поводья королевы.

– Госпожа, – сказал он, – вы моя пленница.

– Не так-то все просто, – возразил сенешаль, – вы меня еще не победили.

– Верно; но за мною дело не станет.

Тогда они берут разгон, и с копьем на упоре Мелеаган несется на полном скаку на мессира Кэя. Тот ломает свою глефу; соперник метит в него так точно и жестоко, что напрочь пробивает кожу щита, пронзает петли кольчуги и достает до самого плеча. Кэй упал без чувств; конь его вздыбился и ускакал в лес. Мелеаган взял за узду рысака королевы и повел к своим рыцарям. Он уже возвращался к Кэю, чтобы принудить того признать поражение, когда его привлек шум, доносимый со стороны его рыцарей.

XCII

XCII

Как только Ланселот увидел, что королеву уводят, он пришпорил коня и помчался в ту же сторону; а когда рыцари Мелеагана хотели преградить ему путь, он предпочел встретить смерть лицом к лицу, чем отказаться вызволить свою даму. Он бросился на людей Мелеагана и поверг наземь первого, кто подвернулся; но железо его глефы, отделясь от древка, засело в теле умирающего. Он возлагает руку на меч, поспевает туда и сюда, пронзает щиты, кольчуги и шлемы, но вот уже все сторонятся его и отходят, стоит ему подступиться. Теперь королева узнает его; это не кто иной как Ланселот: от этого ей и радостно, и грустно.

Один он не сможет ее защитить, но ей утешительно видеть его в последний раз. Подоспел Мелеаган и при виде чудес, творимых одним-единственным рыцарем, догадался, что это и вправду Ланселот. Они скрестили мечи; искры посыпались от их сверкающих камнями шлемов и ажурных кольчуг.

Но Ланселот настиг его верным ударом; не ухватись Мелеаган за гриву коня, он упал бы скорее, чем очнулся. Он еще не успел прийти в себя, когда его рыцари окружили Ланселота, но тот встретил их, сверкая мечом с проворством и ловкостью, каких нельзя было ожидать и от трех или четырех рыцарей. Его конь оступился под ним; поднявшись на ноги, он идет к Мелеагану, напирает на него, сбивает наземь, садится на его коня и, налетев на остальных, рубит до смерти кого попало. Одни из них бросились в лес, другие обступили своего сеньора, посадили его в седло и дали ему новую глефу.