— Хорошо, пишите вместе бумагу...
Помещение спиртоочистительного было передано Ленинградскому резинотресту и быстро переоборудовано. Лебедев перенес туда свою лабораторию, пригласил специалистов, и работа закипела...
В канун нового, 1931 года Пеков позвонил в Смольный Кирову и, волнуясь, доложил:
— На опытном заводе Лебедева получен из спирта первый блок синтетического каучука весом в двести шестьдесят семь килограммов.
— Такой большой? — переспросил Киров и, услышав подтверждение, обрадованно сказал: — Сейчас еду к вам...
Киров приехал вместе с другими секретарями губкома. Их ждали. На большом столе лежали серые куски упругой каучуковой массы.
— Ну, товарищи, показывайте вашего первенца! — весело сказал Киров. — Уж вижу — хорош младенец! — Он подошел к столу, потрогал упругую массу, приподнял кусок каучука, дал помять его своим товарищам.
— Ну, как?
— Отменно, Сергей Миронович!
Киров бросил кусок на стол, каучук слегка подпрыгнул.
— Тут все, что удалось сделать?
— Что вы, Сергей Миронович, — вмешался Пеков, — вон взгляните! — и отошел от стола.
Губкомовцы увидели на плиточном полу серую глыбу.
— Ого! — удивленно воскликнул Киров. — Уже можно делать опытные шины для автомобилей!
— Так и мы думаем, Сергей Миронович, — сказал все время молчавший Лебедев. — Договариваемся с «Красным треугольником», чтобы прислали к нам вулканизаторов и вальцовщиков.
— Отлично, друзья! Отлично! Сердечно поздравляю всех с большой победой! А вас, Сергей Васильевич, с гениальным изобретением. Вы первый в мире создали синтетический каучук. Переоценить ваш многолетний труд и его значение для социализма невозможно. Разрешите вас обнять и поцеловать.
Он подошел к Лебедеву и по русскому обычаю поцеловал троекратно...