– Смотрите, каков он!

Лешек и теперь не показывал ни малейшей тревоги.

– Значит, у нас так плохо? – спросил он. – Ба! Ну, тогда однажды с ними будет хорошая война, побьёмся, как подобает, и прочный мир заключим. Сейчас ни войны, ни мира не было – это хуже всего.

Он медленно повернулся к Оттону и велел позвать в замок городского старшину, войта Саса, магистрат, купцов и влиятельных людей. Потом повернулся к Кжижану.

– Для обороны вас мало, – сказал он, – ну, а для побега в самый раз?

Кжижан не понял вопроса.

– Что же? – прибавил Лешек. – Раз биться некому, нужно будет идти людей привести. Своих нет, постараемся найти чужих. Кжижан, проводите меня безопасно до Венгрии. Если нас погонят, будет с кем выйти против них.

Старик качал головой и перебирал ногами – казалось, он верит в то, что в наихудшем случае с Чёрным справятся.

Один князь стоил много.

Грифина на страже у дверей ждала решения. Это хладнокровие мужа, которого она обвиняла в излишнем равнодушии ко всему, возмущало её и гневало. Она спрашивала: Что будет?

Чёрный улыбался, нетерпение женщины забавляло его.

– Мы устроим поход в Венгрию, – сказал он, – но вернёмся сюда с куманами и рассправимся с бунтом. Немцы не отдадут им мои замки.

Он дал знак Кжижану, чтобы приказал людям собираться в дорогу.

Он повернулся к жене, немного насмешливо указывая, чтобы, если хочет поехать в Венгрию, заранее готовила свои узелки.

– Вам, бабам, – сказал он, – в дороге нужно больше, чем нам. Собирайте же свои манатки!

Шутки в минуту такой грозной опасности ещё сильнее раздражили Грифину, которая, измерив презрительным взглядом мужа, вышла, хлопнув дверью.

Что делалось в душе Лешека, люди угадать не могли. Покинутый всеми, почти в безнадежном положении он сохранял спокойствие и веру в себя, которой никто не разделял.

– Будем хорошо биться! – говорил он. – Венгры и Куманы – люди храбрые. Командовать ими будем приятно! Многие краковяне стали изнеженными. И им также не навредит, когда выйдут в поле и вспомнят рыцарское дело… Биться – здоровая вещь!

Спешили с выбором людей и оружием. Затем в сенях сделалось шумно. Оттон вёл в замок созванных немцев.

Впереди шагал огромный Сас, войт, в лосёвом кафтане, с подстриженной бородой, сильный муж с продолговатым лицом, с огромными плоскими ногами, с руками как лопаты, худой, костлявый, одновременно смешной и страшный.