А про финансиста Афанасьева мы ещё вспомним. Несмотря на мнение Столыпина, что его действительно надо убрать, как предлагал Курлов, Афанасьев так и остался на своей должности. Способствовал тому министр финансов Коковцов, который всегда, во всём следовал Столыпину и всюду говорил о нём, не скрывая своей привязанности. Но в этом вопросе министр финансов сделал всё, чтобы сохранить Афанасьева в Киеве. Указание главы правительства, в своём искреннем уважении к которому Коковцов не раз подписывался, он упорно не выполнял.

С чего бы это? — поинтересуется дотошный читатель и будет прав. Афанасьев имел связи с киевскими богачами и воротилами. Тоже штрих в нашем повествовании, и не простой.

В Киеве Курлов сблизился с местным охранником Кулябко. Тот стоял перед ним навытяжку, любое поручение исполнял беспрекословно и был солидарен во всех движениях. “Да, Пётр Григорьевич, вы правы... Да, Пётр Григорьевич, мы уже ваше поручение выполнили!”

Вначале Кулябко показался Курлову слишком прямолинейным, без фантазии и полицейской изобретательности. Он всё делал слишком просто, не интригуя, что так необходимо в полицейском деле. “У него нет, к сожалению, пытливости ума”, — решил для себя Курлов.

А потом мнение своё изменил — не таким уж прямолинейным и простым оказался этот Кулябко, начальник киевского охранного отделения. К этому выводу привёл Курлова случай, происшедший накануне его отъезда, когда местные правые партии устроили патриотический концерт с благотворительной целью. Сухомлинов пригласил гостя в театр.

— Надо поднять дух у наших людей, — откровенно признался Сухомлинов.

Идея Курлову понравилась, приглашение он принял.

За два часа до концерта к Курлову приехал встревоженный Кулябко.

— Что случилось? — поинтересовался Курлов.

— Неприятное известие, — сообщил Кулябко. — На вас и Сухомлинова готовится покушение.

— А сведения точные?

— Да, — уверенно ответил Кулябко. — Информация поступила от секретного агента, вращающегося в революционной среде.

— Ну что же, — спокойным тоном заметил Курлов, — надо усилить охрану. Я не могу отказаться от предложения генерал-губернатора, тем более что Сухомлинов вряд ли сам откажется от посещения концерта.

Курлов связался по телефону с Сухомлиновым, чтобы узнать, как он смотрит на информацию охраны. Сухомлинов был не из трусливых. Он сказал, что обязательно будет на концерте, чтобы патриоты убедились в том, что генерал-губернатор вместе с ними.

— Вот видите, — сказал Курлов Кулябко, положив телефонную трубку. — Сухомлинов не обманул мох ожиданий.

— Решено! Едем!