Болезнь свою Святослав держал втайне, потому и застёгнут был на все пуговицы его кафтан и ворот поднят, только вот серый больной цвет лица, то и дело покрывавшегося испариной, говорил о том, что киевский государь нездоров, и сильно.
Впрочем, Владимир думал о другом. Снова спрашивал он сам себя: «А зачем, кому нужен этот поход? Вот ходили на чехов, и что? Болеславу токмо руки развязали. Теперь идём воевать за ромеев — и зачем? В сотне вёрст от Киева, от Руси идёт смута — стоит ли мешаться в этот запутанный узел?»
Ясно понимал Владимир: хочет Святослав показать всему белу свету величие своё, силу свою и власть. Хочет, чтобы и на Западе, и на Востоке гремело его имя. А будет ли в том польза Руси — об этом не думал высокомерный самолюбивый князь. И ещё: жар загребал Святослав чужими руками, руками его, Владимира, кровью и потом его дружины.
Мономах сидел молча, ждал, терпел, хотя в душе всё клокотало от гнева. Он видел,
После они сидели в палате втроём — Святослав, Владимир и Глеб.
Владимир спокойно и твёрдо гнул своё:
— Идти надо посуху, не рекой. Коли, баишь, стрый, половцы ныне нам мирны, то чрез перешеек выйдем в Крым, ударим на Корсунь с суши, отколь они не ждут.
Святослав слушал молча, потом поднял руку и сказал:
— Мы повелеваем... Да будет тако! Ступайте посуху.
И, отбросив вдруг свою надменность, с глубоким вздохом добавил:
— Я б и сам с вами пошёл, да вот... Железа клятая!
Глеб посмотрел на отца с заметным беспокойством.
— Чего глядишь? — усмехнулся великий князь, разглаживая длинные густые усы. — Боисся, помру? Не боись. Ещё походим на рати!
Он засмеялся, но смех был какой-то странный, скрипучий, заставивший Владимира вдруг похолодеть от страха.
«О, Господи! Что с ним творится?!» — подумал он, взирая на икону Спасителя и крестясь.
Глава 82 БЕГСТВО ОДЫ
Глава 82
Глава 82БЕГСТВО ОДЫ