Александр слушал благочинного и невольно поглаживал лежавшую у него на коленях книгу.

Потом его начали поздравлять и даже громко хором петь «Многая лета…» остальные.

Все происходило словно в самом счастливом сне.

Только праздник, о каком он и мечтать не мог, получился с грустинкой.

«Эх, видела бы все это Вера!», — вздохнул он, вспоминая их разговоры о судьбе будущей книги, о том, как она огорчилась отказу печатать ее в газете, и даже вздрогнул, услышав ее имя.

Но нет, он не ошибся.

Его произнес взявший снова слово отец Игорь.

— Не могу не сказать и о том, — заявил он — что эта книга вышла во многом благодаря небезызвестной всем нам Вере — Царствие ей Небесное!

Он обвел слегка виноватым взором принявшихся недоуменно переглядываться людей и, остановившись глазами на смотревшем на него с изумлением Александре, продолжил:

— Звонит она мне однажды среди ночи, причем, часа в два или три, и вдруг на чем свет начинает воспитывать. И что я такое благое начинание, как издание книги «Тайный свиток», гублю на корню! И что такие таланты в землю закапываю! Что очень нужные людям духовные ценности держу под спудом! А главное, что я чуть было человека не погубил из-за этого?!

«Какие таланты? Какого человека?» — спрашиваю, ничего не соображая спросонья.

А она:

— Да вашего главного редактора! Писателя Александра Калачева, который лежит сейчас с сердечным приступом, после приезда скорой помощи. А точнее, после вашего отказа напечатать его книгу в газете!

И только тут до меня дошло… Причем — всё и сразу. Меня словно осенило, что эту книгу нужно издать — и не в газете, а вот так, как вы ее видите сегодня! — признался отец Игорь и засмеялся: — Но как же доходчиво она мне все это объяснила! Вот уж поистине яблоко от яблони не далеко падает — достойная духовная дочь отца Льва!

— Моя школа! — с гордостью подтвердил тот.

И после этого разговор мало-помалу переключился на Веру.

— Она все повторяла, что ей нужны силы, просила молиться, а оказывается ей не телесные, а духовные силы были нужны! И как я сразу об этом не догадался? — сказал Александр. — Говорила, что обязательно зайдет в храм…

— А разве не зашла? — оборвал его отец Лев. — И когда: прямо под «Трисвятое»! Дай Бог каждому из сидящих здесь сподобиться этого. Да и всего того, что Господь даровал Вере!

Чествование закончилось тем, что Петр с Надеждой раздали каждому по экземпляру книги, и у Александра даже устала рука подписывать их…

— Я понял теперь, от какого слова происходит «писатель»! — наблюдая за ним, заметил по этому поводу отец Лев. — От слова: подписывать книги!