– Так же, как все мы… Вы не хотите зайти? Тут немного теплее…

– Нет. Нужно вернуться к маме. Я приехал ненадолго. Завтра возвращаюсь на фронт.

Он уходит, а я ошеломленно смотрю на продукты. Я улыбаюсь, когда бужу Леву:

– Сегодня у нас конфеты…

В январе я выношу Леву на улицу, укладываю на санки и привязываю. Он так слаб, что даже не пытается вырываться; его сине-черное тело сплошь покрыто нарывами. Аня до того замерзла, что вообще не вылезает из постели. Я прошу ее ждать нас..

Путь до больницы занимает три часа, а когда мы туда добираемся…

Люди умирают прямо в очереди, ожидая врача. Повсюду лежат тела. Стоит трупный запах.

Я наклоняюсь к сыну, тощему и опухшему одновременно. Его маленькое лицо похоже на мордочку голодной кошки.

– Я рядом, мой Львенок, – говорю я, не найдя других слов.

Нас замечает медсестра.