«Святейший папа, вот законы, которые некогда Всевышний вручил Моисею для наших отцов и их потомства, вот почему мы подносим их Вашему Святейшеству, смиренно умоляя о точном исполнении их во время вашего царствования, для того чтоб Всесильный благословил Ваше Святейшество и ниспослал вам дни мира и спасение души».

На это папа отвечал:

«Я уважаю закон Моисея, потому что он дарован Богом, но я не одобряю ваше истолкование его, потому что вы отрицаете Мессию, представителем Которого являюсь я: вот почему Предвечный рассеял вас по лицу земли, но когда, по воле Всесильного, вы все обратитесь на лоно христианства, вы найдёте в нём мир и спасение». Выслушав эти слова, евреи удалялись, не возражая на них. Кавалькада, выходя из Колизея, направлялась по улицам, битком набитым народом, к Святому Иоанну Латранскому.

Двенадцать трубачей и двенадцать солдат лёгкой кавалерии открывают шествие в шесть рядов по четыре человека в каждом. За ними следуют пажи кардиналов, все великолепно одетые, неся каждый чемодан красного цвета, вышитый золотом, с серебряным галуном, с большими красными шёлковыми кистями, висящими на нескольких шнурках, сплетённых из золота, серебра и шёлка, свитых крестообразно, точно так, как их рисуют на гербах прелатов. Герольды кардиналов следуют за ними на лошадях карей масти, держа на плечах жезлы с гербами своих господ.

Священники, мелкие дворяне, состоящие при кардиналах, свита посланников и принцев и несколько дворян и баронов римских, изящно одетые, показываются верхом на лошадях.

Несколько отставных капитанов в звании ефрейторов гарцуют вне рядов, вооружённые пиками с серебряными украшениями, для поддержания порядка в шествии. Затем появляются четыре папских конюха в больших красных шапках, его портной и два пажа, точно так же одетые, держа красные бархатные чемоданы, вышитые золотом. За ними следуют папские конюшие в красных казакинах из саржи, они ведут в поводу красивых иноходцев, которых испанский посланник подносит ежегодно папе, на них шёлковые попоны, отделанные золотой бахромой, серебряными рельефными листьями и бляхами, служащими вместо кружев и галунов.

Несколько других слуг папы ведут в поводу множество прекрасных мулов, покрытых красными бархатными попонами с золотой бахромой. Шесть красных бархатных носилок, украшенных драгоценностями, следуют за ними в сопровождении двух офицеров верхом; за ними едет начальник папских конюшен и бесчисленное множество гайдуков.

Римское дворянство и титулованные особы во избежание недоразумений не соблюдают местничества; они едут верхом на великолепных лошадях, в гривы которых вплетено множество лент. Многочисленная прислуга сопровождает их.