— Кольцов крикнул бойцам: «Всем в укрытие!» — а сам остался у орудия. Тут его и шибанул осколок. Мы отправили его в санчасть, там ему оказали первую помощь. — Передохнув, Шпак добавил: — Он потерял много крови и сильно ослаб...

Полковник прервал его:

— Ладно, старшина, завтра я заеду к вам на батарею, а сейчас мне звонят из штаба дивизии, извини. Будь здоров! — И он положил трубку.

В блиндаж зашёл старший лейтенант Кошкин.

— Старшина, — суровым тоном произнёс он, — скоро сюда привезут снаряды, организуйте их выгрузку.

— Мы это мигом сделаем, — бодро заверил его Шпак. — Сколько придёт машин, одна-две?

— Одна.

Кошкин вышел из блиндажа, что-то сказал заряжающему, который возился у пушки, и, снова спустившись в блиндаж, подошёл к старшине.

— Я был в штабе, там ходят слухи, что немцы намерены атаковать рубежи нашего полка, — настороженно проговорил он. — Если это правда, то нам надо быть готовыми дать им отпор. Наша батарея находится на стыке двух стрелковых дивизий, и по ним фрицы наверняка нанесут удар. Если в вашем расчёте есть какая-либо слабина, ликвидируйте её.

— Ясное дело, хвосты радости во мне не вызывают, так что в этом вопросе я педант, — усмехнулся Шпак. — У меня есть к вам предложение...

— Что ещё? — насторожился Кошкин. Он так пристально смотрел на старшину, что тот смутился.

— Я хочу провести две-три тренировки расчёта и хотел бы на них пригласить вас. Может, обнаружите в действиях артиллеристов какие-то огрехи?

Предложение старшины Кошкин не принял, сославшись на то, что завтра с утра он будет у артиллеристов соседа Шпака: там в расчёте почти все молодые ребята, и им нужна помощь.

— К вам приду в другой раз, Василий Иванович.

— Разрешите? — На пороге блиндажа появился ефрейтор Рябов. — Товарищ старший лейтенант, принесли почту. Вот срочная телеграмма капитану Кольцову.

Кошкин взял из его рук листок и прочёл вслух:

— «Петя, милый, родился сынуля, я дала ему твоё имя. Целую. Галя».

— Это его жена, — подал голос старшина Шпак. — Жаль, что Пётр Сергеевич не получил эту радостную весточку. Его увезли в госпиталь, — грустно добавил он. — Как нам быть?

Кошкин сказал, что завтра Кольцов уже будет в госпитале, он, Кошкин, позвонит в приёмный покой и сообщит о телеграмме для раненого.

— В десять часов утра Пётр Сергеевич уже будет готовить ответное послание своей супруге, — заверил Шпака старший лейтенант.