Огромный тканый полог укрывал Артемиду от суетных взоров; перед пологом устроили круглый алтарь из белого мрамора, где совершались бескровные жертвы. За статуей имелась стена с резной дверью из ливанского кедра, скрывавшая адитон – особое священное отделение, куда посторонним заходить было строго запрещено: отсюда вещал оракул Артемиды. Порядки в храме сразу завелись очень строгие. Герострат знает историю, когда мальчик, ещё ребёнок, подобрал рядом со статуей золотой листок, отвалившийся от головного венка богини. Подобрал как игрушку, не зная её священной ценности, и с ней ушел. Когда сообщили главному иеродулу, он велел привести мальчика. Положил перед ним три вещи: детскую игрушку, игральные «бабки» и золотой листок. Сказал, чтобы он взял то, что ему больше нравится. Мальчик, привлечённый красотой изделия, опять взял золото. И тогда иеродул передал волю богини: сбросить мальчика со скалы как обычного храмового вора. Эфесцам, в том числе родителям мальчика, приговор не показался слишком суровым…

Поворот судьбы

Поворот судьбы

Герострат спешил к храму, боясь опоздать к началу обряда. Впереди показались знакомые очертания храма, величественная двойная колоннада, пронизанная лучами проснувшегося солнца. Вокруг умиротворяющая тишина, какая возможна в природе поутру, пока большинство паломников ещё не явились. Зелёная долина, напоенная травяными настоями, журчание водяных струй в реке, божественные запахи – всё наполняло пространственный объем храма непостижимой Вечностью… К полудню сюда потянутся жители Эфеса, кто будет искать поддержку у богини, просить совет и покровительство. Местные адинаты, слабые и увечные войной или жизнью граждане, тоже будут здесь. Они получают от городской казны, на прокорм, по два обола в день и всё равно приходят к храму. Но не просить, нет! Не принято свободнорождённому эллину просить подаяние, хотя не возбраняется получать от щедрот прихожан лишнюю монету или еду с вином. Каждый имущий просто обязан делиться, чем богат, с бедными гражданами. Тем более, не дать что-либо обездоленным, увечным – значит, обидеть человека, которому покровительствуют боги! Поэтому Герострату приходится проводить почти все дни у храма, и к такому образу жизни он уже привык.

Рядом с храмом, когда он заполнялся верующими, можно было услышать новости, что творились в Эфесе и за его пределами. Кто женится, у кого кто родился или кто ушёл навсегда в царство мёртвых. Что замышляют варвары, персы, против эллинов и какие козни устроил македонский царь Филипп афинянам. Герострата здесь более интересовали слухи о пирах в домах эфесцев или городских торжествах, когда устраивались угощения народа. Ещё он не брезговал сикофанством, иначе – доносительством, поскольку дело это считал доходным – указать на человека, нечаянно или умышленно преступившего закон. Политические группировки Эфеса использовали таких, как Герострат, в борьбе за власть, когда надо было устранить влиятельные в народе личности. Нужно было всего лишь оболгать, не боясь клятвопреступления перед богами! И хотя в Эфесе не так давно приняли закон о крупных штрафах и даже смертной казни за лжесвидетельство, сикофанство не искоренилось. Авантюрный азарт, замешанный на подлости и возможности неплохо заработать, толкал низменные душонки на подобные действия…