Флоранс кивнула, позволив себе надеяться, что он прав.

– Эдвард решил отложить реставрацию дома на Липари. Зато он дал мне адрес одного человека на Мальте. Конечно, все под большим вопросом, но возможно, тому понадобится помощь в восстановительных работах. Мальте сильно досталось во время войны. После турок в шестнадцатом веке это вторая Великая осада.

– Кто этот человек?

– Кто-то из правительственных чиновников, занимающихся восстановлением. Мальта пострадала куда сильнее, нежели Палермо.

– Даже представить сложно.

– А у меня возникает вопрос: если Розали по-прежнему на Мальте, насколько серьезно ее жизнь была затронута войной? – Джек покачал головой. – Я тебе уже говорил о стратегическом значении Мальты как колонии Британской империи.

– Помню. Ты еще рассказывал, что остров нещадно бомбили.

Джек сжал ее руку:

– Понимаешь, есть вероятность того, что Розали уже нет в живых.

Флоранс задумалась.

– Наверное, ты прав.

– Я искренне надеюсь ошибиться в своих предположениях… Давай сменим тему. Эдвард кое-что рассказал мне о доме на Липари. Гнетущая атмосфера – не плод твоего воображения. Три поколения жившей там семьи умирали не своей смертью. Эдвард считает причиной кровную месть, существующую в сицилийской мафии. Редко кто из местных жителей отваживается приближаться к этому месту. Они считают, что оно проклято.

Флоранс не усомнилась в рассказанном Эдвардом. Судя по ее собственным ощущениям, место действительно было прóклятым.

Зато в комнате, где они сейчас находились, обстановка стала легче.

– Я давно уже хочу тебе сказать… – продолжал Джек, не выпуская ее руки из своей.

Флоранс улыбалась, ожидая дальнейших слов. Вид у Джека был искренний, но какой-то неуверенный.

– Джек, ты можешь говорить мне все, что захочешь. Абсолютно все.

– Дело в том, что… – упершись глазами в пол, пробормотал он; Флоранс терпеливо ждала. – Я не очень сведущ в подобных делах, но я хочу любить без страха… и отсутствие тебя в моей жизни… Раньше я как-то не задумывался об этом, а когда ты стала встречаться с Брюсом, мне… мне было не по себе.

Слыша, как Джек рассказывает о своих чувствах, Флоранс не могла сдержать улыбку.

Он поднял голову и пристально посмотрел на Флоранс: