– Это не я. Это все тот же Марсель Пруст, к которому ты ревнуешь.

– Ревную. Ты не стараешься, чтобы кто-то знал обо мне. А для Пруста стараешься.

– Нет, я стараюсь и для тебя, чтобы тебе нравиться. И чтобы ты могла сказать всем, что я замечательный…

Они сидели у гаснущей печки. Он принес из кухни две доски, на которых когда-то резали к столу колбасу, сыр, белую булку хлеба, а сейчас он их затолкал в печку.

Она знала, что он пришел лишь на час и, как всегда, почему-то таясь от всех. Так продолжалось давно, и только после смерти ее отца и матери в ледяном и голодном городе он стал бывать чаще. Она не знала, было ли причиной тому ее одиночество или его собственное.

2

2

Познакомились они в Летнем саду. Все было очень банально. Она сидела на скамье, рядом стоял, открыв дряблый рот сразу во все отделения, портфель, набитый ее бумагами. Закончив проглядывать книжку, она щелкнула замком и взялась за ручку портфеля. Но поскользнулась на мягкой шелковистой грязи, образовавшейся в луже рядом. Замок открылся, ручка оторвалась, бумаги вывалились на землю. Он шел мимо и все видел. Но подойти не поспешил. И только когда она прижала растрепанный портфель к груди, он сказал, не приближаясь:

– Давайте помогу…

– Спасибо! – отрезала она, злясь.

– Вам далеко? – Он шел уже рядом.

У нее в коммунальной квартире была комната – та самая, в которой они сидели сейчас у печки.

А тогда она разложила промокшие бумаги на подоконнике и спросила:

– Хотите чаю? Как вас зовут?

Он взял книгу, выпавшую из ее портфеля, провел пальцем по оглавлению:

– Вот!